- Можно так сказать, – бросая на Михаила взгляд, выражающий бесконечное терпение, согласился Оракул. – темницы Кондракара – совершенная тюрьма для магов, колдунов и волшебных существ, не существует магии, позволившей бы выбраться из нее. Примерно это Гигейя и сказала Седрику. Проблема в том, что из этого логически вытекает – обычное, неволшебное существо может покинуть Башню практически без препятствий. Особенно такое незаметное, как маленькая змейка. Мы не учли, что оборотни могут превращаться в обыкновенных животных до конца, утрачивая и магию и человеческий разум. А он, к тому же, как-то сумел разделить свою сущность надвое - мы все считали его погибшим, когда человеческая часть сгинула в книге Людмора, но вот змеиной удалось затаиться, я не мог ожидать, что Седрик пойдет на такое, потому что превратиться обратно он сам не может.
– Угу, только с помощью колдуна типа своего дорогого господина! – хмуро буркнул Михаил.
– Перед таким превращением оборотень может поставить пред собой четкую цель, можно потом забыть – зачем это было нужно, но сама цель останется.
– Скажи, что ты и этого не могла предположить!
– Ты бы стал полагаться на такого типа, как Фобос, рискуя навсегда остаться в зверином обличье?
– Я очень многое из того, чем охотно развлекаются змеелюды, не стал бы делать ни при каких обстоятельствах! А вот ты…
– Тихо. Как же мне уже надоели ваши перепалки…
- Кроме того, к возвращению князя я уж точно никакого отношения не имею!
- Фобос? – поначалу Элион так же недоуменно, как и Вилл, слушала переругивание, которое у этих двоих, похоже, вошло в привычку и весьма отточилось за сотни проведенных в Кондракаре лет, даже если давно оказались забыты первоначальные причины такой неуживчивости, громко ахнула и подалась вперед. – Так мой брат не умер? И… и он вернулся?
- Да… Кондракар – место, где нет времени и пространство бесконечно, за стенами крепости нет ничего. Бесконечно и падение в пустоту, без времени неспособное прерваться вовсе ничем. Но… все же это случилось. Когда ты, юная королева, открыла врата в Хаос, это принесло необыкновенную силу не только тебе, но и князю Фобосу. Но худшее в случившемся даже не это, а то, что теперь он единственный, кто может помочь тебе запечатать Хаос обратно.
- Отлично… похоже, вытаскивать оттуда девочек окажется теперь не худшей проблемой! – закатив глаза, воскликнула Вилл. Любые трудности так или иначе проще абсолютной невозможности!
- Боюсь, все не так просто.
- Ну, мы можем пройти все эти «вехи», даже если только Элион будет использовать магию.
- Элион ошиблась. То, что вы видели в Хаосе – вовсе не Вехи. Это зарождающиеся новые миры, каждый из которых начал строиться вокруг попавших в Хаос Стражниц. И, если девочки не смогут… или не захотят уже вернуться, то станут душами четырех новых миров.
– Но почему Михаил обвиняет во всем Гигейю только потому, что она сказала то, что и так, в, общем-то, очевидно? – Вилл поскребла жесткую шевелюру, стараясь навести в мыслях хотя бы минимальный порядок. Эти двое друг друга откровенно недолюбливают, это понятно…Оракул упоминал какие-то расовые разногласия… вот уж и правда – неожиданность в Кондракаре.
– Не поэтому, – тихо возразила слегка вышедшая из оцепенения (интересно, от страха или все-таки радости?) Элион. – Сокол во всем обвиняет Гигейю, потому что она – ламия.
– Нэ понял! – Вилл вторично поскребла затылок. – Ламия – это ведь что-то типа вампира, разве нет?
– Разве нет! – фыркнула Целительница, поднимая шлейф своего платья и перекидывая его через плечо на манер тоги. – Еще хуже!
Ниже талии, вместо ног у Гигейи было змеиное туловище – такое же молочно-белое, как кожа рук и лица, только к самому кончику хвоста слегка темнеющее до оттенка топленого молока, такого же цвета зигзагообразный узор украшал змейку вдоль позвоночника. Стражница едва удержалась, чтобы не стукнуть себя по лбу – понятно теперь, почему лицо и манера речи Целительницы ей кого-то сразу напомнили. Седрика!
– Кажется, ты уже готова разделить мнение Михаила, а Стражница? – насмешливо поинтересовалась женщина-змея. – У вас же все змеелюды – лживые двуличные твари.
– А разве не так?
– Почти, – уклончиво ответила Гигейя. – но вот Оракула, так уж вышло, даже я не могу обмануть, стало быть – в данном случае честна, как перед Гекатой!
– Черта с два! – опять завелся Сокол. – В лучшем случае – опять недоговариваешь!
– Если своими птичьими мозгами чего-то не понимаешь, молчал бы хоть, когда никто не спрашивает, гусь неощипанный!
– Гадюка подколодная! – не остался в долгу Михаил.
Оракул тихо застонал, обхватив голову руками.
- Гигейя, ты не могла бы заняться раной Вилл, пока они не вернулись в Меридиан? Ожог несерьезный, но юную девушку шрамы отнюдь не украшают.
– В переводе на нормальный язык – “пошла вон”. С-с удовольствием! – демонстративно развернувшись, Целительница изящными извивами заскользила прочь. – Пойдем, деточка. Не надо делать такие глаза, я не кусаюсь! – мелодично усмехнулась и добавила. – Исключительно целиком заглатываю.
