– Я амбициозна. И тщеславна. Но это не значит, что стану, как Нерисса и твой драгоценный господин, идти по трупам, лишь бы достичь своих целей! Успела уже насмотреться, что, когда споткнешься или трупы кончаются, падать-то высоко-о!
– Как бы вам объяснить, девушки… В принципе, это мое мнение, с которым вы вполне можете не соглашаться. Любой либерализм, с моей точки зрения, не более чем попытка свалить принятие решения на кого угодно другого, нежелание лично нести ответственность за возможную ошибку. Да и демократия… вы в курсе, что классическая демократия по древнегреческому образцу базировалась на рабовладельчестве? А ваша Америка в данный момент – абсолютно несамостоятельна и паразитирует на более отсталых странах? Так что вся эта демократия всегда бывает за чей-то счет. Узкое одеяльце, у кого-то в любом случае мерзнет бок. Умные люди делают все, чтобы перетянуть одеяло на своих, чтобы чужие мерзли. Думаете, это неправильно? Вы сейчас в том возрасте, когда все очень любят слова вроде “всегда”, “никогда” и “абсолютно”. Но лучшее – потому и лучшее, что оно – дефицитный товар, которого не хватает на всех. Ты, Элечка, чересчур боишься наступить на чью-нибудь любимую мозоль, поэтому буксуешь на месте вместо того, чтобы двигаться вперед. Даже из-за князя переживаешь.
– Я задала вопрос, – вежливо напомнила Корнелия.
– Да-да, милая дриада. Я, собственно, занят тем же, что и всегда. Князь попросил приглядывать за нашей маленькой бонрионах.
– Ты это обзываешься или как? – нейтральным голосом уточнила Эля.
– Или как. Это означает “владычица” на одном кельтском языке, так что всего лишь иронизирую.
– Элион, ты не могла бы сама мне все объяснить? При чем тут князь?
– В общем… мы с братом заключили соглашение. Вас всех раскидало по Хаосу, Вилл отправилась на поиски, а Фобос выбрал именно этот день, чтобы вернуться в Меридиан. Собственно, это не худшее… а в какой-то мере…
– Прелестно! Ты могла бы сказать все это в начале разговора.
– Мне казалось, ты не хочешь…
– Есть слово “надо”, – отрезала Корнелия. – я иду с тобой. Неизвестно, удастся ли вернуться остальным Стражницам, а остаться на Земле кто-то обязан. Да и с Меридианом мне эта история не нравится!
– Но почему ты передумала? – резкая смена рассуждений подруги, кажется, слегка шокировала “маленькую владычицу”. Вместо Корнелии ответил Седрик, похоже, обожающий высказывать свое мнение, когда не спрашивают:
– Потому что, солнышко, ты – маленькая и глупая, и настоящая подруга ну никак не может бросить тебя на произвол судьбы, да еще в моей компании!
Вот уж не приходило в голову, что искреннюю заботу о ком-либо можно столь цинично переиначить в отношение свысока! Самое паршивое, в чем-то змееоборотень всегда был прав: Корнелия с детства привыкла к чему-то вроде покровительства над Элион. Поскольку была старше, умнее, красивее и решительнее… ч-черт!
– Неля, ты не обязана все время решать мои проблемы!
– Прекрати. Проблемы, как правило, бывают общие, а этот – Стражница не слишком вежливо ткнула пальцем в сторону Седрика. – нарочно подбирает такие слова. Сам же признался, что “собственно, занят тем же, что и всегда”! У меня и в мыслях не было унижать тебя своей помощью!
Джунгли расступились, открыв вполне проходимую дорогу. Корнелия продолжала колебаться: словно бы невидимые корни успела пустить на этой чудесной полянке, которые теперь с трудом могла вырвать из земли. Но Элион, все еще держа подругу за руку, шагнула к коридору между деревьями, и упираться было глупо, поэтому Стражница ограничилась тем, что бросила хмурый взгляд на Седрика, словно это змеелюд ее раздражал. Тот ослепительно улыбнулся, демонстрируя ряд страшенных зубов.
– Ни одно изгнание из Рая еще не обошлось без Змея.
– Я сама так решила!
– Только не забудь об этом, когда начнешь сожалеть. А сожалеть ты начнешь в любом случае.
