Пара ярких глаз выглянула из-за дерева, острые ушки были направлены в сторону человека. Лиса с интересом смотрела на чужака, принюхиваясь к его запаху, словно ожидая продолжения.
– Вот же черт… показалось, – Паша недовольно хмыкнул и побрел дальше.
Когда до школы оставалось не больше километра, мобильный телефон подал сигнал. На экране высветилось имя. Юнна уже начала беспокоиться о своем друге.
– Я не нашел ее, но убежден, что Ваниль у них.
– Ты уверен?
– Следы привели меня туда, к тому же Зот когда-то был ее другом.
– Да, и ему ведь не из-за чего на нее злиться… Что ж, – девушка на другом конце провода раскашлялась, давясь простудой, приковавшей ее к постели. – Возвращайся сюда, скоро уже первый урок. И не забудь предупредить медперсонал о том, что возможны серьезные травмы. Будем бороться по-взрослому.
– Разумеется.
Днем ранее
Ваниль проснулась рано утром, чтобы успеть потренироваться до общешкольного подъема. Солнце было ярким, но его жар еще не достиг земли. Девушка лишь щурилась от лучей, которые пронизывали все вокруг. Ваниль как обычно отправилась на пятиминутную пробежку (после потери энергии ей пришлось сильно сократить нагрузки). Остановившись возле спортивных снарядов, установленных возле западной трибуны, она отдышалась, готовясь к подъемам с переворотом. Все ее мышцы дрожали в предвкушении долгожданной работы.
Ваниль повисла на турнике, раз за разом поднимая прямые ноги над собой. Она почти восстановила форму и уже с трудом могла вспомнить, как слаба была по возвращении из больницы. Рыжая скалилась от нагрузки, но это было приятное чувство, ведь оно приближало ее к цели.
За последние две недели Ваниль ничуть не продвинулась в своем расследовании. У нее не было источников необходимой информации, а Паша постоянно что-то скрывал и недоговаривал. Это было унизительно и жестоко по отношению к ней, ведь Ваниль действительно хотела помочь. Не этим эгоистичным глупцам, а Вилене.
Оставленные сообщения на телефоне были единственным, что подавало Ванили надежду. И пусть ответа на них не было, Ваниль, по крайней мере, ощущала какую-то невидимую, мистическую связь с подругой.
С момента похищения прошел целый месяц. Никаких угроз со стороны Владимира или его сумасшедших помощников не поступало, но Паша, как ответственный за безопасность ШЭИза и учеников, подал несколько запросов, чтобы разузнать о Владимире как можно больше. В ответ он не получил ничего полезного. Из ОЗБ пришло личное дело этого человека: вместо фотографии в верхнем углу красовался рисунок карандашом, почти выцветший от времени, а предоставленная информация ограничивалась только временными рамками службы Владимира в Отряде Зачистки Бесконтрольных. Последняя строчка сообщала о его смерти: 21 февраля 1867 года застрелен при попытке побега.
Программа, созданная Юнной и Пашей для подготовки учеников, работала как часы. Ученики больше не походили на неуверенных в себе школьников, нет. Они выглядели как настоящие бойцы, сильные и решительные. Это проявлялось в их бесконечных спаррингах и соревнованиях, в стрельбе по движущимся мишеням, в опасных походах в горы. Турнир за турниром проходили каждую неделю, лето подходило к концу, оставив новичкам, в числе которых был Гриша, следующий за Ванилью по пятам, и Аеринн, по-прежнему снующий рядом с ней, несмотря на запрет Паши, еще меньше времени на подготовку. Неизвестно к чему.
Гриша иногда вспоминал вечерами свою прошлую школьную жизнь. Родители хоть и не оставляли его без своего внимания ни на день, но все же продолжали упрашивать его вернуться домой. Его отец был опытным излучателем, некоторое время назад выполнявшим заказы высоких чинов на сопровождение и охрану, а специализацией матери была медицинская помощь. Женщина была известна среди целителей, и пусть было много тех, кто критиковал ее и не верил в истинность ее способностей, но все же бывали и такие, в чьих глазах надежда на выздоровление загоралась с новой силой всякий раз, как они проходили очередной сеанс.
Разумеется, эта сила не могла излечить от рака или вернуть иммунитет, который был разрушен болезнями или сильными препаратами, но все же с помощью этой самоотверженной женщины многие люди получили шанс жить без боли и страданий. Хотя бы какое-то время.
Сегодня утром в глазах Гриши не было того энтузиазма, с которым он обычно встречал рассвет. Ваниль, заметив приближение друга, тут же слезла с брусьев, благодаря Бога за предоставленную ей возможность для короткого отдыха.
– Эй, привет. Есть дело, я…
– Я не могу помочь, – мальчишка говорил неуверенно и с сожалением.
– Что?
– Я уезжаю. Мои родители настаивают на возвращении домой.
– Ты не можешь покинуть ШЭИз, это против правил! Тебе не позволят уйти…
– Уже позволили, – спокойно ответил Гриша, демонстративно помахав перед лицом девушки каким-то документом.
Ваниль тут же выхватила его из рук мальчишки и бегло прочитала. Подпись директора школы внизу подтверждала слова Гриши.
– Паша подписал это?!
– А кто же еще? – мальчишка спрятал документ в рюкзак за спиной. – Хотел сам тебе сказать об этом.
