Если бы Клаус был жив, уверен, в этот момент он мог бы свалиться от сердечного приступа, таким злым был этот призрак. Но после того, как он посеял в нашем доме раздор и сомнение, мало ему было одной словесной порки. Желание обратиться к Алану за помощью с каждым часом становилось все сильнее и останавливало меня только понимание: предок хранил знания, так необходимые мне. Оставалось решить, готов ли я платить ту цену, которую он требует за каждую крупицу информации.
– Да как ты…
– Как хозяин Темных земель! – не дал я завести любимую песню Клауса. – Если хочешь, можешь остаться и послушать, что нам собирался рассказать Лиам, или можешь лететь в свою библиотеку и ругаться там, но Птичку не трогай, иначе я, видят Создатели, сделаю все, чтобы тебя развеять!
Лиам сидел и внимательно наблюдал за нашей с предком перепалкой, Дэм отвернулся к окну и делал вид, что он вообще не хочет участвовать в этом "представлении", а меня злили все. Хотелось послать все к слаху под хвост, уйти к Веронике и молча сидеть рядом с ней, охраняя сон девушки.
– Интересно, – Клаус взял себя в руки, его голос снова звучал насмешливо, – что может рассказать о запечатанной книге мальчишка. Ведь открыть ее не может никто!
С самодовольным видом дух родственника переместился на середину комнаты и замер напротив нас, смешно шевеля носом.
Лиам, осмотрев всех присутствующих, криво усмехнулся и, взяв в руки томик, демонстративно его раскрыл.
– Не знаю, что мог бы рассказать мальчишка, а я могу рассказать то, что тут написано.
– Невозможно, – на изумленный шепот Клауса никто не обратил внимания.
– Возможно, если быть прирожденным присяжным Печати, – Лиам пожал плечами, и начал свой рассказ, больше не обращая внимания на недовольное шипения призрака. – Я долго не мог решиться открыть книгу, когда ушел из Забытой Академии. Только после того, как набрался смелости и добрался до дома, понял: пути назад у меня нет. Мама с младшими… Они счастливы. Живет в доме отца, купленном на деньги от работы на Сильнейших, вышла замуж за соседа. Мелкие зовут его папой…
Лиам ненадолго замолчал, погружаясь в свои воспоминания, а я, как и Дэмиан, понимал, что за скупыми фразами про семью Лиам скрывает свою боль. Смерть отца изменила всю его жизнь, и парень никак не мог понять, что жизнь матери и младших детей тоже изменилась, только они смогли найти в ней другой смысл и счастье, а Лиам запутался в чувствах вины и злости.
– Уехав из родного городка, я поселился в небольшой деревушке на границе с Алонлисом, и именно там, уйдя однажды в лес, я решился взломать печать, закрывающую эту книгу. Выброс магии был такой силы, что вместо густого леса вокруг меня образовалась выжженная поляна. Вероятно, если бы я хоть на мгновение выпустил книгу из рук, от меня тоже осталась бы только кучка пепла. Но… История, открывшаяся мне, перевернула все. Все знания про наш мир, магию, устои… Вы знаете, что раньше не было деления на пять королевств? А Сильнейшие не были пределом власти, а выступали лишь гарантом безопасности.
Существовало единое королевство Кранталис. Смешно, не правда ли? Общее обозначение большой земли раньше было названием нашего королевства. Везде, как и сейчас в Алонлисе, территория делилась между семьями магов, и они несли ответственность за всех, кто жил на их земле. Людки, к слову, термин, используемый для детей, пока в них не проснулась магия. Вы знали?
Последняя фраза произвела на нас с Дэмом неизгладимый эффект…
– Ты хочешь сказать, – Дэмиан метнулся к дивану от окна и требовательно посмотрела на Лиама.
– Что раньше магия была у всех? Да именно про это я и говорю.
Я перевел задумчивый взгляд на Клауса, но тот делал вид, что вообще не слушает наш разговор. Интересно, сколько же секретов хранится в этой полупрозрачной голове?
– Подожди, а как же тогда… Но ведь… Это же… Нейт, ты понимаешь, что это значит?
Дэмиан метался передо мной и то и дело запускал руки в волосы, отчего они торчали в разные стороны и мерцали в свете кристаллов.
Я понимал, понимал, возможно, больше, чем Дэм, потому как у меня была обрывочная информация из библиотеки Клауса.
– Я понимаю, что магия смерти появилась повсеместно не случайно, – ответил, осторожно подбирая слова, – и судя по тому, что рассказывал наш родственник, она существовала задолго до нашего появления на свет, вот только людки все еще есть, а значит, наша магия не единственная, о которой стерли все упоминания в мире. Есть еще как минимум одна. Вопрос, какая?
Хотя вопрос был озвучен, ответа на него я не ждал. Но получил. Как ни странно, ответил именно предок.
– Магия живых.
***
Естественно, после его слов все внимание было сосредоточенно на Клаусе. А он будто и не обращал внимания на нас. Подлетел к окну и молча вглядывался в опускающиеся на землю сумерки.
– Миротворцы несчастные. Всегда в белых одеждах. Никогда не вмешивались в распри между другими представителями магов. Готовые прийти на помощь и подставить себя под удар, не отвечая на нападки. Верящие, что мир создан для всех и все равны… Ненавижу! Как же я их ненавижу!
