Клаус резко развернулся и сверкнул гневным взглядом в сторону Лиама.
– Про них что-то сказано в этой книжульке?
– Не знаю, – Лиам пожал плечами, – в ней нет названий магии. Там есть краткая история о том, как представители одной из сильнейшей магии решили, что такая сила не должна принадлежать никому, чтобы ее не могли использовать в злых целях и добровольно решили запечатать ее. А так как в мире должен соблюдаться баланс, Сильнейшими было принято решение…
– Чушь! Все это чушь! – Клауса буквально трясло от обуреваемых эмоций. – Был неприятный случай, да, по всему Кранталису расползлись слухи о тех событиях. Правды, конечно, никто не знал, кроме посвященных. Всего не расскажу, я был тогда еще ребенком, кое-что подслушал, что-то видел… Смысл в том, что один из наших, из магов мертвых, потерял свою семью. Беременную жену и сына из-за какой-то нелепой случайности. Естественно, мужик немного тронулся умом и, подняв их в виде ходящих, буквально отлавливал этих белорясных с требованием вернуть им жизнь. Самое смешное, что все были уверены – это невозможно, а оказалось, вполне реально. Не знаю как, но тот несчастный нашел мага живых, который согласился попробовать. Может, тому и самому было интересно получится ли, а может, просто он тоже был не в своем уме, но у него получилось. Он вернул к жизни мертвых. Вы представляете, какая охота началась за магами живых? Никакие объяснения уже не помогали, всем хотелось урвать кусочек жизни даже после естественной смерти. Много лет тянулось противостояние магов живых против всех, даже Сильнейшие не могли повлиять на сложившуюся ситуацию, трусливые старикашки! И в какой-то момент белорясные решили, что их сила слишком могущественная, чтобы существовать на Ирисгвине.
Клаус замолчал, а мы пытались переварить услышанное. Даже представить страшно, что могло твориться в мире, где существовала магия, нарушающая естественный цикл жизни. Магия смерти тоже может вмешаться в этот цикл, мы можем забрать жизнь, не отпускать тело. Но душа… Душа всегда уходит на перерождение. Есть, конечно, некоторые исключения. Дэм. Клаус. Но Дэмиан вообще уникальный случай, а по каким причинам Клаус цепляется за мир живых, не ясно. Да так упрямо цепляется, что провел не одно столетие запечатанным в урне.
– Неужели никто не пытался их отговорить?
Дэмиан был первым, кто нарушил гнетущую тишину. На него Клаус и обратил внимание.
– Пытались. Мы! Маги мертвых, и пытались. Все сразу осознали, что если получится запечатать один вид магии, то можно то же самое сделать и с другими. Поняли и притихли, даже не пробовали отговорить своих знакомых, соседей, родственников из магов живых. А мы смотрели шире. Всем известно, что принципы магии нашего мира работают за счет баланса. И если убрать одну из них, то…
– То равновесие будет нарушено и нужно его искусственно восстанавливать, – кивнул своим мыслям в первую очередь. Как я и говорил, должна была быть еще как минимум одна разновидность магии.
– Да, ты прав, внук. Только мы думали, что самые умные, а оказались идиотами. Тогда как весь мир притих и спрятал свои возможности, маги смерти, наоборот, выступили в защиту магов живых, собрали целую армию, ты ее, кстати, видел, те самые воины, что стоят на твоей земле. Это не наследие семейства Алантери, это наследие всех магов мертвых. Мы готовились к войне. С Сильнейшими и самими белорясными за баланс в нашем мире. Мы показали ту мощь, на которую были способны, и они напугались. Испугались настолько, что на тайном голосовании решили: именно наша магия должна быть запечатана вместе с магией живых. Не будет тех, кто сможет управлять жизнью и смертью, не будет и проблем. Некоторые из нас, поняв к чему все может привести, смогли уговорить знакомых печатников к созданию схрона для наших душ. Я был одним из них. Заставил семейного управляющего наложить печать на первую попавшуюся вазу, а отец сделал к ней привязку моей души. Не знаю, на что мы надеялись, наверное, хотели выжить при любом раскладе. Кто бы мог подумать, что я проведу в заточении столько времени?
Грустная усмешка искривила призрачные губы Клауса.
– И что же случилось? – Лиам, пытливый ум, не дал нам погрузиться в свои мысли. Он нашел источник недостающей ему информации и сейчас буквально требовал рассказать ему все до конца.
– Война, мальчик мой. Страшная, бессмысленная война магов мертвых за право своего существования. Именно печатники придумали, как можно закрыть какой-либо вид магии, и с магами живых все прошло гладко и спокойно. Если не считать того, что мир содрогнулся в тот момент, когда магию отрезали от источника. Мы не знали, не понимали, что именно они задумали. Это же не просто закрыть магию в каждом маге. Нет, они запечатали источник. Поэтому потом появились людки, дети, которые должны были получить этот вид магии, рождались с искрой, но она не могла пробудиться, и тоже самое они хотели сделать с нами!
