— И не нахожу ответа. Стараясь не попадаться на глаза людям, я не отношусь к ним плохо. Они совсем не злые, хотя и стремятся такими казаться. Несчастные, но хорошие. Когда я понимаю и чувствую это, мне становится немного легче. Ведь в тот момент я осознаю, что когда-то я делал очень много хорошего… Я уверен в этом…
Глава 8
В отделении полиции Хэмптона, помимо шерифа, работало с десяток человек. Маленькому городку, где самыми громкими преступлениями в основном были редкие пьяные драки и похищение мелочи из супермаркетов подростками, не нужно было содержать большой штат сотрудников правопорядка. Иногда казалось, что даже тех нескольких полисменов, которые патрулируют город, снимая маленьких котят с веток, много для спокойного Хэмптона, и штат полицейского участка можно сократить ровно на половину, высвобождая деньги в бюджете на какие-то городские мелочи — отремонтировать старый кинотеатр или сделать быт жителей местного дома престарелых чуть лучше.
Единственной преградой решению этих проблем был хмурый, будто грозовое облако, шериф Томсон, выбивший несколько лет назад деньги на зарплаты новым сотрудникам у мэра. После похищения любимицы города Лили Стодж такое решение городским властям, как и всем его взволнованным жителям, казалось разумным. Пламенная речь шерифа в актовом зале мэрии звучала угрожающе. Десятки доводов о подстерегающих на каждом шагу опасностях попадали в цель, заставляя людей волноваться за все одновременно: за своих детей, сбережения и собственные жизни.
— Город должен быть сильным, бдительным, готовым защитить себя в любой момент, — сказал тогда шериф Томсон.
И, как тогда показалось, спустя всего несколько недель город таким стал. Ведь после похищения Лили в городе не было ни одного серьезного правонарушения. Будто некая божественная сила заставляет обходить беды стороной маленький провинциальный город. И если бы не то досадное похищение девочки, то кривая совершенных преступлений была бы бесконечно ровной.
Внутри небольшого, скромного отделения полиции с несколькими кабинетами и парой камер для заключенных царила умиротворяющая тишина. Там постоянно пахло старыми вещами и пылью, несмотря на то, что внутреннее пространство регулярно и тщательно убиралось и каждые три года менялась полностью вся мебель и прочий инвентарь. От аромата спокойствия и безмятежности никак нельзя было избавиться. Даже освежители воздуха, которые автоматически испускали странный аромат, который должен был напоминать людям якобы о море, не могли справиться с этой проблемой. Наверное, источником запаха было нечто нематериальное, например, безысходность и статичность сотрудников, с одной стороны, довольных спокойствием в городе, а с другой, мечтающих о бойкой, не дающей расслабиться работе.
Хеллен Эскамилла, сама того не замечая, вздыхала каждые несколько минут, копаясь при этом в рабочем компьютере, стараясь заставить себя выдумать хоть какие-то полезные для города дела. Однако прорва под названием Интернет не давала ей этого сделать, постоянно подбрасывая контент, уничтожающий время до начала патрулирования улиц. Иногда откуда-то из коридора слышался звонок телефона. В такие моменты Хеллен отвлекалась и с надеждой смотрела на белую дверь своего кабинета, надеясь, что вот-вот ее откроет дежурный оператор и скажет, что нужно срочно ехать на вызов. Сегодня это был уже седьмой звонок, и он снова не имел никаких последствий для Хеллен и ее напарника. Она снова, незаметно для себя вздохнув, вернулась к чепухе в Интернете.
Проклацав малоинформативные высосанные из пальца слайды, Хеллен закрыла десяток вкладок с сайтами, после чего решила проверить почту.
Дверь в кабинет открылась, и зашел Стив, поставив на сдвоенный стол с невысокой перегородкой стакан кофе, сел напротив напарницы и так же, как она, уставился в монитор. Совсем немного привстав со своего места, Стив мог видеть глаза Хеллен, понимая по ним, какое настроение у нее сейчас и занята ли она чем-то серьезным.
«Уф», — подумал он, увидев впивающийся во что-то в мониторе взгляд соседки по кабинету.
Молодой полицейский, отпив немного кофе, с кислым выражением лица оглянулся по сторонам. Со всех сторон их тесно окружали серые бетонные стены, которые вначале казались интересным дизайнерским решением. Теперь Стиву казалось, что окружающее кубическое пространство можно было сделать более дружелюбным. Холодные стены приходилось обильно завешивать ориентировками с фотографиями преступников, которые могут сновать в округе, и информативными плакатами, в общем, всем тем, что на самом деле делает кабинет еще более колючим. Хорошо, что было окно, за которым виднелась деревянная церковь, укрытая белым снегом. Тоже абсолютно серая, она почему-то всегда казалась теплой и вполне светлой, не то что такой же кабинет Стива и Хеллен.
— Надо было становиться фермером, — тихо произнес полисмен.
— Что? — нехотя произнесла напарница, не отвлекаясь от читки полученной почты.
— Ничего. Забудь.
Хеллен безразлично кивнула головой. Спустя всего пару минут она, улыбнувшись, снова ожила.
— Хочешь новость?
