Пение под покровом ночи. Мнимая беспечность полностью

— Да, именно так. Тем вечером, когда мы отплыли, должна была состояться моя свадьба, вот только жених бросил меня за три дня до этого. Разразился дикий скандал, и я улизнула, оставила моих бедных родителей расхлебывать всю эту кашу. Так что очень некрасиво получилось, вы уж поверьте, — дрожащим голосом добавила Джемайма.

— Полагаю, ваши родители были счастливы от вас избавиться. Куда легче для них, если вы не будете вертеться рядом и выпускать пары.

Они дошли до конца кокпита, остановились у маленькой веранды и смотрели на корму. Джемайма заметила, что после посещения церковной службы всегда почему-то становится легкомысленно болтлива — наверное, именно поэтому сейчас так и разоткровенничалась.

— Вероятно, и воздействие теплой погоды тоже сказывается, — предположил Аллейн.

— Наверное. Только и слышишь, что люди в тропиках становятся куда менее сдержанными. Но вообще-то виной всему вы. Как раз вчера я говорила Тиму, что если попаду в затруднительное положение, то первым делом стоит обратиться к вам. И он со мной согласился. Ну и вот, я обратилась. Наговорила бог знает чего.

— Я польщен. Так у вас что, неприятности?

— Вообще-то нет, не думаю. Просто надо присмотреться к нему повнимательней. И чтобы он тоже присмотрелся. Потому как что бы вы там ни говорили, все равно сомневаюсь, что человека можно хорошо узнать всего за шесть дней.

Аллейн заметил, что за шесть дней в море человека можно узнать куда лучше, чем за много недель на берегу. Однако, осторожно добавил он, если обстоятельства позволяют. Джемайма с ним согласилась. Несомненно, рассеянно сказала она, на море могут происходить самые странные вещи. Да взять, к примеру, хотя бы ее, со свойственным молодости эгоизмом. В голову лезут самые невероятные мысли. Поколебавшись немного, Джемайма с видом ребенка, испытывающего беспочвенные страхи, торопливо добавила:

— Я даже начала думать, что Цветочный Убийца действительно у нас на борту. Нет, можете себе представить?

Тут Аллейну весьма пригодилось выработанное долгими годами службы в полиции умение сохранять невозмутимый вид при получении самой неожиданной информации. Пришлось как нельзя более кстати.

— Интересно знать, — равнодушным тоном заметил он, — с чего это вдруг такая мысль посетила вашу хорошенькую головку?

Джемайма почти дословно повторила слова, которые говорила Тиму накануне днем.

— Нет, конечно, — добавила она, — он счел это полным безумием с моей стороны. Как вы и как ЖСП.

— А кто такой, этот ЖСП? — спросил Аллейн.

— Это прозвище, которое мы придумали Дейлу. Означает: Жутко Симпатичный Парень. Хотя на самом деле мы не находим его столь уж симпатичным.

— И тем не менее вы поделились с ним этими своими фантазиями, я прав?

— Он просто меня подслушал. Мы расселись на его и миссис Дэ Бэ роскошных шезлонгах, а Дейл вдруг выскочил из-за угла с подушками, так и излучая фамильярство и благодушие.

— Ну а теперь при свете дня все эти ваши страхи, надеюсь, испарились?

Джемайма шевельнула носком туфли и отбросила в сторону какой-то мельчайший невидимый предмет.

— Не совсем, — еле слышно пробормотала она.

— Нет?

— Нет, правда. Буквально прошлой ночью, когда я уже легла спать, кое-что произошло. Не думаю, что нечто совсем уж ужасное, но я опять разволновалась. Моя каюта находится по левую сторону отсека. И из постели отлично виден иллюминатор. И вот, вы знаете, наверное, случаются такие моменты, когда толком не поймешь, спишь ты или бодрствуешь… А может, паришь где-то между сном и явью? Я как раз и пребывала в таком состоянии. Глаза закрыты, тело кажется невесомым. А потом я вдруг проснулась, словно от толчка, лежала с открытыми глазами и смотрела в иллюминатор, — Джемайма судорожно сглотнула слюну. — Ночь была такая ясная, лунная. И перед тем, как снова закрыть глаза, я увидела луну. Она заглянула ко мне в каюту и почти тотчас исчезла, а вместо нее появился целый хоровод звезд, но вскоре и они исчезли. Чудесное зрелище! Ну а чуть позже, когда я снова открыла глаза и посмотрела в иллюминатор… Там кто-то был и смотрел на меня!

Аллейн выждал секунду-другую, затем спросил:

— А вы совершенно в том уверены?

— О да. Там он стоял, загораживая собой звезды и луну, и голова такая большая заполнила почти весь иллюминатор.

— Вы узнали этого человека? Кто он?

— Понятия не имею. Некто в шляпе, но я видела лишь очертания. Да и длилось это всего секунду. И я крикнула — нет, не обычное «Эй! Кто там?» — просто заорала, и он сразу исчез. Буквально в ту же секунду. Должно быть, поднырнул, а потом бросился бежать. И снова в иллюминаторе возникла луна, и я сидела, перепуганная насмерть, и думала: «Что если убийца и впрямь на борту? Что если после того, как все ложатся спать, он крадется в ночи по кораблю, как призрак Мидиана[29] или Гедеона[30] в том благостном гимне?» Так что, как видите, я свои страхи еще не преодолела.

— А вы Мэйкпису об этом рассказывали?

— Я его еще не видела. Он в церковь не ходит.

— Ну да, конечно, не видели. Но может, — предположил Аллейн, — то был Обин Дейл, задумавший новую проказу?