Айслин бросил взгляд туда, куда указывал Торкел, — и сразу всё понял.
— Быстрей! — заорал Сауруг, — Фокусник, чтоб тебе!..
У Айслина почти не было времени на то, чтобы выбрать из множества известных ему заклинаний единственно правильное, и он просто убрал воздух между скалой и тропой — почти так, как сделал это перед воротами Этарона. Гигантская глыба качнулась, засасываемая пустотой, и, увлекаемая уже собственной тяжестью, стала заваливаться на тропу.
Первых атакующих тварей встретили мечи орка и рыцаря. Брызнула зелёная кровь из обезглавленного бычеглава, свистящая сталь вошла в лобастый череп, разделяя надвое лобную кость; секира подрубила ноги третьей твари и тут!..
Скала обрушилась на узкую тропинку, с хрустом раздавив сбившихся в кучу бычеглавов, и пошла себе катиться по тропе, давя разломовскую нежить и сметая их, словно мальчишка, смахивающий с дерева цепочку муравьёв.
Айслин помог добивающим оставшихся монстров друзьям, расстреляв из арбалета с десяток бычеглавов.
Когда, наконец, стихли звуки боя, и в горах вновь воцарилась первозданная тишина, Айслин обратился к Торку и Сауругу, осторожно счищавшим с оружия и доспехов ядовитые кровь и слизь чудищ:
— Удачно всё закончилось, но мне следовало подумать об этом раньше. Простите меня!..
— Да что уж там, — хмыкнул Сауруг, прочищая лезвие кривого меча пучком травы.
— В конце концов, своим спасением мы обязаны именно тебе!
Перевалив через Серый Кряж, отряд оказался на равнинах к югу от Ниглака.
Путь в горах оказался на удивление спокойным, лишь раз им пришлось схватиться с дюжиной маленьких, по колену Айслину, существ с кожаными крыльями, похожих на маленьких прыгунов.
Двигались они тоже как прыгуны, перепархивая с места на место на своих кожистых крыльях, словно огромные летучие мыши. Особенно им досталось от Айслина, не успокоившегося, пока не перебил их всех, что было в общем то излишним, потому что маленькие прыгунки торопились по каким-то своим делам.
— Себя показывает, — уверенно сказал Сауруг, глядя, как Айслин рубит и колет последнюю, уже впрочем, издохшую тварь.
— Нет, — не согласился с ним Торкел, поднимаясь в седло. — Не слышал что ли? Кричит — вот тебе, вот вам за все!
Позже Айслин все же рассказал им часть своей предыстории — о Рубитоге, Вокиале и Штольнях.
Его выслушали внимательно и с интересом, но в конце рассказа Торкел пожал плечами.
— Ну, а этих зверушек то за что все-таки?
— Не знаю, — честно сознался Айслин. — Прорвало меня, что-то… разозлился я очень!
— Ого! — усмехнулся Торкел. — Теперь у нас не просто маг, а ооочень злой маг!
— Точно, — поддакнул Сауруг. — Ленивый, очень злой маг.
— А еще книжки читает! — продолжил Торкел.
— Дрова рубить не хочет!
— Готовить не умеет!
— Ругается плохими словами!
— И еще он убил бедного Джа!
Айслин закашлялся от смеха. Почти так же в Лабиринте они с Нэдаром измывались над тихоней Дануэем.
— Ну, хорошо, — сказал он. — Теперь я вам спуску не дам!
— Ой, не даст, ой, не даст, — всплеснул руками Сауруг и заверещал. — Бежим скорее, Торкел! Великий и ужасный Айслин хочет нас съесть!!!
Дурачась и веселясь, они продолжали путь. И каждый из них подумал, что не хватило друзьям времени в детстве наиграться и пошалить и пусть уж, ладно — поддержу ка я друга.
Но, наверное, всем им не хватило в далеком прошлом вот таких почти детских шалостей и покрытые шрамами воины, не раз обагрившие свои мечи чужой кровью, вели себя так, что, увидев их, любой бы подумал, что они сошли с ума.
Теперь они продвигались по территории населённой зарликцами. Они являлись дальними родичами почти исчезнувшего племени Аллунд, к которому принадлежал и Торкел, и добывали себе пропитание в основном за счёт земледелия и торговли лесом; в степях на юге развивалось также и коневодство.
Стоял самый разгар сезона уборки урожая.
Отряд продвигался к побережью реки Богатки, а именно к речному порту — городу Жихар, где можно было бы нанять корабль для путешествия вниз по реке.
Дорога была так себе, кто его знает, пользовались ли ею последние несколько лет после неразберихи между правителями Империи и Маллена. Форты последнего располагались на западном ответвлении от Богатки — полноводной реки Комарки, и Торкел, помня об этом, все время сознательно забирал к востоку.
В полдень седьмого дня они оказались у невысоких стен Жихара.
— Хвала Творцу, а то я себе весь зад намозолил, и не только.
Сауруг с кряхтением слез с кобылы и, бросив поводья, направился к скучающему у ворот стражнику. Тот, глядя на него, смачно сплюнул, и ждуще протянул руку ладонью вверх.
Айслин подождал, не отреагирует ли на это движение Сауруг, но, не дождавшись с вздохом, вытянул из кошеля монету.
