Полускрытое решетчатым забралом лицо воина дрогнуло. Широко растянув рот в глумливой ухмылке латник, повинуясь жесту толстяка, отодвинулся от наемницы, подошел к воротам и крякнув от натуги потянул на себя огромный, тяжелый даже на вид, выточенный из цельного комеля дуба засов. Брус со скрежетом проехавшись по покрытым жиром пазам ушел в сторону и остановился. Остальные стражники налегли на створки. Двери амбара медленно, ужасающе медленно открылись. В нос Гретте ударила волна сырости, мощный грибной дух и что-то еще. Альдофф сразу узнала этот запах. Он часто ее преследовал. Запах разложения и гниющей плоти. Она сталкивалась с ним на полях сражений. Вдыхала его в разоренных деревнях, чувствовала, сдирая с поверженных трофеи. Тошнотворно сладковатая вонь смерти была знакома ей слишком хорошо, чтобы ее проигнорировать.
Чтобы бы там ни хранилось, похоже оно давно подохло
— Мясной гриб. — Причмокнув губами Шама вытер ладонью заливающий лоб пот и уперев руки в колышущиеся при каждом вдохе бока оскалился. — Вы, южане, частенько называете его сокровищем севера. Редкая штука. Даже здесь, в топях. Очень редкая. И растет только там, где его довольно трудно достать. Урочища. Поганые это места, знаешь ли. Стоит зазеваться и либо надышишься какой-нибудь дряни, либо тебя сожрут твари. А самое обидное… Грибницы не стоят на месте. Они переходят. И если тебе повезло набрести на пару шляпок, твердо можно было быть уверенным только в одном. Через пару месяцев там ничего не вырастит. — Покосившись на раскрывшиеся двери, толстяк лениво пошевелил пальцами. Двое воинов, подойдя к висящим на воротах жировым лампам споро заработали кресалами. — Все, что точно известно о мясном грибе, это то, что он не любит свет и любит влагу. Проводники способные предугадать места роста шляпок ценятся на вес золота. — Наблюдая за медленно разгорающимся на фитилях пламенем толстяк криво усмехнулся. — Знаешь в чем состоит разница между моим народом и вами, южанами? У нас конечно много различий. Рост, цвет кожи… Но культура на мой взгляд намного важнее. Образ мыслей. Привычки. Характер. — Подняв руку Шама провел пухлыми пальцами по истекающему потом загривку. — Большинство из нас, жителей Подзимья, принимает все так как оно есть. Мы не любим копаться в причинах и следствиях, предпочитая объяснять все волей богов или порядком мироустройства. Предпочитаем решать проблемы лишь, когда они уже наступили. Что же. Это дарит нам спокойный сон и способность не дергаться понапрасну. Но вам, имперцам, всегда любопытно. Вы пытаетесь дойти до сути и если можете, меняете ее в свою пользу. Именно потому империя сильна и богата, а мой народ до сих пор прозябает в дикости и нищете.
— Но не ты. — Не выдержала Гретта и тут же прикусив язык отвернулась в сторону.
— Не я. — Гордо кивнул Шама. — Я давно понял, что мир меняется. Он никогда не стоит на месте и завтра будет не таким как сегодня. Еще когда был простым воином, и только выйдя из бойцовских ям, вместо того, чтобы убраться подальше от пленивших меня южан, я решил попытать счастья в землях империи. Однажды я попал в сулджук. На границу черных песков. И понял мир не просто меняется. Он всегда движется только вперед. Становится все сложнее и богаче. И либо ты будешь меняться вместе с ним, либо тебя просто сметет. Именно потому наш народ чахнет и хиреет а ваш лишь множится и крепнет. Когда я вернулся на родину я первым делом пошел в дом книгочеев в Ислеве. Начал спрашивать у них как растут грибы. Любые грибы. Отдал им все золото, что у меня было. И три дня слушал, что они мне говорят. Я узнал, что такое грибница. Понял что грибы не трава, как я думал раньше, а скорее живое существо. Со своими желаниями и возможно даже мыслями. А потом задумался, чем может питаться грибница мясного гриба. Сюда в топи я вернулся уже готовым. — По сигналу толстяка вооружившиеся лампами воины подняли их над головой. — Смотри.
Повернувшись к освещенному неверным светом потрескивающего пламени входу в амбар наемница сделав маленький шаг вперед, всмотрелась в полутьму и с трудом сдержала рвотный позыв. Трупы… Они были всюду. Посреди амбара проходил глубокий ров, сочащаяся влагой яма заполненная телами. Вздутые синюшные, покрытые язвами бока свиней, перемежались с торчащими ребрами и рогами тощих коров, птичьими перьями, и выпученными бельмами лежащих кверху копытами овец. Гретта сделала шаг назад, но на плечо ей опустилась тяжелая, закованная в сталь ладонь.
— Смотри. — Повинуясь ленивому жесту толстяка держащий в руке, невесть когда извлеченный из ножен меч, воин грубо подтолкнул наемницу к самому краю рва. — Смотри внимательно, моя дорогая.