— Показывает суть. — В голосе Абеляра не слышалось ни грана неуверенности. — Кровь. В нашей крови, как в летописи, записаны все наши предки. Достаточно одной капли, чтобы этот… прибор показал, кто ты есть. Кровь человека — заставляет камень позеленеть. Если капнуть на железо кровью животного, то кристалл посинеет. Кровь демона — алый и черный. Кровь гибрида, этого я не имел возможности проверить, но судя по найденным мной обрывкам записей, кристалл должен стать темно-оранжевым или красным. А странники… Эддард усмехнулся. Странники — золото. Мне достаточно одной твоей капли крови чтобы…
— И сколько уже согласились? — Рассмеялась дикарка. Плечи великанши напряглись. — Ты либо обсыпал их золотом, либо я что-то о тебе не знаю. В жизни не поверю, что я первая s'ichdthe кого ты встретил.
— Четверо. — Пожал плечами Эддард убирая медальон обратно за пазуху. — И золота не потребовалось. В основном достаточно было кувшина пива. Кристалл становился зеленым. И это доказательство, что нордлинги — люди. Никакого наследия иных. Никакого воздействия горнила. С другой стороны ты первая, в ком явно течет древняя кровь.
— И с чего ты это взял? — Скрестила руки на груди сив. Глаза великанши сощурились превратившись в две сверкающие льдом щелочки.
— Ты… — Ученый прикусил губу и изобразив рукой неопределенный жест пожал плечами. Ты совершенна. Может, твое тело и не соответствует современным понятиям красоты, но твое телосложение удивительно… пропорционально. И очень… функционально. Ты невероятно сильна и быстра. Тебе не страшен ни жар ни холод. А еще на тебе нет ни следов болезней, ни тех… невзгод, что ты наверняка, учитывая твой образ жизни, пережила в избытке. Ни родинки, ни морщинки, ни мельчайшего шрама. Вчера, разводя костер, ты поранила пальцы, а сегодня и следа-то нет. Ускоренная регенерация — явный признак чистой северной крови.
— Какая еще ускоренная ре-не-рге-грация? Просто на мне быстро все заживает. А болеть я тоже болею. — Демонстративно шмыгнув носом Сив поджала губы и почему-то покраснев исподлобья глянула на ученого. — Просто я крепкая. Росла в горах. Горы не любят слабых.
— Чтобы проверить мою теорию достаточно одной капли крови. — Улыбнулся Эддард. — Ты не теряешь ничего.
Великанша надолго задумалась.
— Нет. — Наконец покачала она головой.
— Нет? — Искренне удивился Абеляр. — Но почему?
Вместо ответа, неожиданно потерявшая всякий интерес к разговору горянка раздув ноздри с шумом втянула воздух и вскочив на корточки перехватила рогатину.
— Тише. Оно идет.
[1] Один из видов гибридов появившихся после войн разлома.
[2] Символ принадлежности к тому или иному роду.
— Отвали от меня гребаная сука! Иди в пасть к демонам со своей отравой! — Рванувшийся из пут, Август попытался укусить Майю за руку, но потерпев неудачу бессильно отвалился к колесу телеги. Не подходи, ведьма! Я знаю. Я все знаю. Вы… Ты… Ты меня убить хочешь! — Сверкнув глубоко запавшими, покрытыми алой сеткой лопнувших сосудов, слезящимися, глазами, дышащий так будто пробежал пару лиг, юноша, тряхнул головой в попытке сбросить, с, липкого от пленки источающего отвратительно кислый запах пота, лба, прядь волос и растянув в совершенно нечеловеческом оскале посиневшие губы, щелкнул зубами. — Не подходи… Неожиданно обмякнув, он подтянул колени к груди и уткнувшись в них лицом заплакал. — Вы не понимаете, не понимаете, он придет, придет… Как только я усну. Он снова придет. Будет мучить, пытать. Мне нельзя спать. Нельзя. Когда я усну он придет. Он мне душу вырвет. Я не хочу, не хочу, не хочу, так… — Плечи цу Вернстрома затряслись от рыданий. — Какой же я дурак. Какой же дурак. Надо было папеньку слушать, идти монахи. А я… ЭТО ВСЕ ИЗ ЗА ВАС!! — Рванувшись так, что затрещали веревки, Август бессильно откинулся назад и тяжело закашлялся. — Все из-за вас. — Повторил он еле слышно. — Смотрят, шушукаются за спиной, хотят меня с ума свести. В еду отраву подсыпают. Это я из-за отравы болею. Наверняка еще и порчу наложили. Хотят меня со свету свести, да хотят. Не хотят, чтоб я жил. Кто их подкупил? Кто. Может купчишки? Наверняка сраная торговая гильдия, это они рудник захотели себе забрать… Или церковники? Да точно… проклятые вороны в рясах, это они на меня дикарку натравили это они сделал так чтобы… — Рассеянно почесав тыльную сторону ладони Август уставился перед собой невидящим взглядом. Его губы продолжали беззвучно шевелиться.