– Хорошо. Так вот – тот, кто не смог произнести свое не слишком короткое имя наоборот, обратился буквально тем же вечером. Эта теория нуждается в долгой проверке, но все же распространи все, что я тебе рассказал через свой канал, Тихон. Возможно, это спасет кому-то жизнь.
– Само собой! Спасибо тебе огромное! Классики перед каждым не начертишь и в шахматы не перебросишься, а вот попросить назвать любое не слишком сложное слово наоборот… Торобоан…
– Сейчас вообще не стоит ни с кем встречаться, как мне кажется.
– Согласен полностью.
– А вот несколько раз в день тестировать тех, с кем ты взаперти, например, членов семьи, так вполне можно и даже нужно. Как лакмусовая бумажка – быстро и наглядно. Главное – не повторяться.
– Спасибо еще раз!
– Тебе спасибо, Тихон. Молодец, что народ оповещаешь. А я пойду себе макарон подогрею, одновременно читая книгу… спагетти со вкусом постапокалиптики… так себе ужин…
– Постой! Говоришь, у тебя экраны на стене?
– Целых пять. Я же не в каменном веке живу.
– Супер! А можешь один из них время от времени переключать на чат моего канала и… заодно трудиться в нем администратором? Мне очень не помешает грамотный человек. Если хотя бы пару раз в неделю сможешь писать посты в канал, то вообще отлично будет. Людей надо как-то поддержать, проинформировать, помочь уберечься от беды…
– Хватит рекламы, Тихон. Я согласен. Данные скину сейчас, и назначай меня.
– Спасибище от всей души!
– Не поленись написать пост с новыми данными.
– Шутишь? Да прямо сейчас накатаю – черновик в блокноте уже набросал. Хм… получается, что если человек не шарит в ди энд ди, то он уже с подозрительным душком?
– Смешно… прямо смешно… увидимся, Тихон.
– Увидимся, Гриш. Береги себя.
Сделав Гришу еще одним админом, я засел за заметки и длиннющий пост в канал выложил минут через двадцать. Пост про настолки, крестики-нолики, классики на асфальте и слова наоборот. И через минуту чат взорвался от обилия насмешливых и хохочущих смайлов. Но мне было как-то пофиг, и еще некоторое время я рассылал пост всем подряд, даже если они и так были читателями моего канала «Пепел доверия». А закончив, замочил грязную одежду в тазике с порошком и потопал спать, предварительно убедившись, что ноут продолжает сосать данные из Сети, а все гаджеты заряжены до максимума.
Глава пятая
Мне очень хотелось спокойного, мирного и ленивого утра. Так чтобы с позевываниями неспешными, с долгим сонным сидением у порога, вдыханием аромата кофе и слушанием птичьего пения, пока на сковороде шипит яичница.
Но встретить утро именно в таком умиротворении не получилось.
День я начал с дикого людского ора, и слава богу – все это звучало не у меня за дверью, а далеко-далеко отсюда где-то на востоке Ленинградской области. И узнал я об этом из сдавленных всхлипов комментирующего видео оператора дрона, ссылка на которое пришла мне буквально отовсюду. Поняв, что дело серьезное, раз все так истерят, я, стряхнув с себя сон, уселся, спустил ноги на пол, врубил видео и… окаменел буквально с первых секунд.
Судя по дате в углу экрана, записано буквально только что – минут сорок назад. Видео шло с дрона, и сначала он висел высоко над погруженным в предрассветный сумрак пригородным частным сектором, где кирпичные коттеджи соседствовали с домами попроще и поменьше. Асфальтированные узкие улочки, желтые линии газовых труб, с трех сторон окутывающая мирную картинку стена туманного леса. Из него твари и выбежали – как-то разом, внезапно и со всех трех сторон. И их было много. Очень много. Около сотни – и это минимум, хотя дрон охватывал не всю панораму. Крохотные фигурки людей мчались стремительно, и еще до того, как последние покинули лес, первые ряды уже влегкую перепрыгивали заборы, проламывали заросли кустарника и… прямо сквозь стекла влетали в окна домов. В этот момент оператор дрона очнулся, аппарат провалился к земле, пошел над самыми крышами, а в динамиках появились звуки: грохот штурмуемых металлических заборов, звон бьющегося стекла, треск досок, резкие выстрелы и… крики, крики, крики.
А дрон все летел над домами, продолжая записывать творящийся там, внизу, ужас. Частично раздетые и полностью обнаженные твари бились о двери, прыжками влетали в окна веранд, из домов выбегали застигнутые врасплох несчастные, и их тут же сбивали с ног, подминали под себя, по живодерские выкручивали руки, ломали шеи…
Увидев запечатленную на камеру страшную участь не более чем четырехлетнего ребенка, вылетевшего из рук сбитой с ног матери, я на несколько секунд зажмурился, а рука сама собой ткнула по пробелу, останавливая этот кошмар. Посидев чуток, немного придя в себя, возобновил просмотр, стараясь отрешиться от происходящего и просто запоминать, как машина.
