— Ну… Для начала берешь пачку саморезов и шуруповерт, после чего намертво привинчиваешь доски к лагам. Видишь у тебя пол как ходит туда-сюда? Это потому, что строители сэкономили на тебе. Им ведь тоже выгода нужна. Уверен, что и лаги хлипкие, но тут уж ничего не поделать. Доски у тебя химией необработанные — и тут сэкономили. Так что берешь валик и промазываешь их средством от плесени и гниения. Даешь просохнуть. А потом накрываешь пол покрытием.
— Каким?
— Размеры бытовки нам известны. Значит, едем сейчас и по этим размерам ты покупаешь листы фанеры ОСБ потолще. Ею и зашьешь пол наглухо, чтобы он не ходил под ногами так сильно. Поверх фанеры стелешь фольгированный пенофол, а поверх него укладываешь линолеум. И вот тебе готовый пол, который не боится воды.
— Многослойно, — подытожил я. — И сложно…
— Не хочешь возиться сам — заплатишь парням, и они сделают. Ты, главное, приглядывай.
— А за ними надо приглядывать?
— Пригляд за всеми нужен! — отрезал Николай.
— Так вроде парни же дельные — так вы говорили.
— Потому и дельные, что за ними пригляд есть! Ну что? Поехали, строитель?
— Поехали, — вздохнул я.
— И под саму бытовку подлезть бы надо. Посмотреть, что там недоделанного или абы как сделанного. Подправить огрехи, а затем обить там все снизу мелкой металлической сеткой.
— От мышей? — предположил я.
— Да от всех грызунов и прочих тварей, — буркнул Николай, шагая к машине. — Тут тебе решать — либо в бытовке своей одиноко живешь, либо в тесной голодной компании.
— Сетку купим обязательно, — вздохнул я, доставая телефон. — Прямо вот обязательно…
В строительном магазине я закупился на сто тысяч с лишним, при этом не приобретя почти ничего — цены ошеломляли, а от количества требуемого становилось не по себе. Деньги пока были, но сбережения потихоньку таяли, квартира еще была не продана, поэтому я, по совету бывалого Николай, решил пока не замахиваться на все сразу, а сосредоточиться на паре направлений.
Я выбрал модернизацию бытовки, обустройство туалетного дачного быта и сооружение щебневой площадки для машины, ну и чтобы было куда складировать пиломатериалы, не боясь изгваздать их в грязи. Самосвал со щебнем Николай организовал сам всего одним звонком еще по пути в строительный, а нагруженная остальными покупками Газель выдвинулась в поселок спустя час.
Сначала мы ехали за грузовичком, но затем обогнали, солидно оторвались от него, а потом вдруг остановились, чтобы заглянуть в придорожное неприметное здание еще советской эпохи, оказавшееся темноватым сельмагом, делящим относительно небольшое пространство с аптечным киоском и хозяйственным магазинчиком. За каждый из трех отделов отвечали отдельные продавщицы — деревенские старушки, прекрасно знавшие Николая. Здесь я нагрузился продуктами, впервые в жизни сметая с полок все подряд: различные крупы, макароны, спагетти, сахар, соль, приправы, томатную пасту, уксус, пакет лука, сетку картошки, консервы рыбные и мясные, что-то консервированное овощное и фруктовое, большие пластиковые контейнеры, эмалированный бак для воды и бак пластиковый для той же цели, стиральный порошок неизвестной мне марки, поразительно дешевый и пахнущий столь же поразительно ландышево. Перетаскав покупки в Ниву, я вернулся и нанес удар по батарее газированных напитков с сахаром и без — и пусть мне кто-нибудь попытается прочесть лекцию о их вреде для организма. Тут людей грызут и душат, а вы мне про вред колы для зубов? Отнеся пакеты в машину, я сделал передышку, решив немного осмотреться в аптечном уголке и краем уха прислушиваясь к разговору старушек и Николая. Как и ожидалось, говорили они о творящемся с людьми беспределе, об убийствах, жестокости и о том, что в советские времена все было иначе и лучше. И ладно, мол, мы — пожили свое — а вот молодежь жалко. Все это время я потихоньку стаскивал к различным кассам что-то еще из продуктов и хозяйственных мелочей. И чем больше я покупал, тем радостней становились старушки и тем добрее разговаривали с Николаем — видимо, не зря он завез меня именно сюда, к своим знакомым в захудалый магазин «чисто для местных». Впрочем, я ничуть не был против. И цены радовали — впервые за долгое время.
Расплатившись, уже выходя, я в глубокой задумчивости остановился у стоящего рядом с дверью большого и несколько несуразного кресла, обитого потрескавшимся кожзамом. Выглядит удобным… уродливым до жути, но удобным…
— Двенадцать тысяч! — звонко молвила старушка. — Отдам за десятку!
— И взял бы, — вздохнул я, — но в машину эта громадина не влезет.
Кресло и в мой внедорожник не пропихнуть — реально большое, с валами мягких подлокотников и высокой спинкой.
— Так в газель закинем, и всего делов, — проворчал Николай, уже стоящий снаружи и машущий едущей мимо Газели.
— А если не согласится загрузить? — поинтересовался я.
Николай удивленно вскинул брови:
— Не согласится? А кто его спрашивать будет? Ты ему деньги заплатил за доставку — вот пусть и везет. Так что? Берешь кресло барское?
— Барское? — хмыкнув, я кивнул: — Беру…
