К полудню мы ударили по рукам. Предварительная сделка была заключена, я получил небольшой аванс, подтверждающий серьезность намерения. Улыбчивый молчаливый нерусский мужчина и его говорливая пышная супруга пощупали каждый метр старых обоев, потрогали все трубы, убедились в проходимости каждого стока и крепости туалетного кафеля, после чего попытались сбить цену так сильно, что даже привычная ко всему девушка-риэлтор подавилась персиковым дымом айкоса. Я не подвинулся ни на сантиметр, прекрасно понимая, что и так продаю квартиру по цене чуть ниже средней по рынку. Они попытались воззвать к моей совести, мол, ехали сюда аж из Домодедово. Вспомнив, где находится сей прекрасный город, я обрадованно заметил, что и мне он по пути из родной глуши, так что сделку, если мы договоримся, можем оформить именно там. Риэлтор снова подавилась дымом айкоса, взглянула на меня максимально сурово, начала что-то говорить, но почему-то передумала и просто кивнула, подтверждая. Возможно, именно это оказалось последней каплей на чашу весов в мою пользу, и супруги приняли решение о покупке.
Получив задаток, я запер квартиру и проводил всех до машин. Когда потенциальные покупатели уехали, предварительно уточнив дату — послезавтра, девушка после новой глубокой затяжки понимающе улыбнулась:
— Но оформлять мы все будем здесь, да?
Я ответил той же улыбкой:
— Нет. В Домодедово. Мне до него час с юга, вам — час с севера, покупателям — минут десять. Справедливо.
— Мы так не работаем и…
— Давайте просто сделаем все максимально быстро и без ссор, а? — попросил я, глядя ей в глаза. — Пожалуйста. Вы уж придумайте что-нибудь. А мне надо ехать обратно в глушь.
Закатив красивые глаза, она неопределенно покачала головой и пошла к своей машине. Проводив ее взглядом, я покосился на укоризненно смотрящих на меня старушек у соседнего подъезда, широко им улыбнулся и забрался в салон Форда. Сердито рыкнув мощным движком, старый внедорожник ожил и медленно пошел вперед, вывозя меня из лабиринта дворов. И только уже выбравшись из родного района, я понял, что ни разу даже не взглянул ни на одно из вызывавших прежде столько ностальгии мест. Ни парк, ни спортивный старый городок, ни заброшенные ныне кирпичные гаражи рядом с уничтожаемым парком не притянули моего взгляда. И даже мимо детского сада и школы, где прошло немало веселых лет, я тоже проехал, сам того не заметив и не вспомнив ни одного из значимых только для меня событий тех времен.
Мальчик наконец-то вырос, расправил крылья и улетел, покинув родное гнездо не только телом, но и мыслями?
Да, пожалуй. Но одно место я сегодня все же посещу — могилу мамы. Только надо цветов по дороге купить и пачку так любимых ей копеечных ирисок «Кис-Кис»…
Неожиданный звонок настиг меня на каширской заправке, когда я, загрузив в багажник и закрепив три только что купленные и заполненные бензином канистры, обедал не слишком вкусным покупным курником, запивая его очередным кофе и глядя на памятник в виде истребителя времен ВОВ.
Звонила бывшая.
Несколько секунд я просто смотрел на экран и медленно дожевывал, потом нехотя принял звонок.
— Алло?
— Привет, Тишик!
— Привет, — ровно ответил я. — Как дела?
— Да как всегда. Ты сам как?
— Тоже норм, спасибо.
В трубке на несколько секунд повисла тишина. В наших телефонных беседах и раньше такое случалось, но тогда я тут же пытался заполнить молчание какой-нибудь не слишком умной шуткой или не слишком интересной историей из дневных событий, но в этот раз просто ждал, когда бывшая подруга снова оживет.
— Знаешь, Тишик-Чижик… я тут подумала…
— О чем?
— Соскучилась я по тебе, — ее голос в трубке стал чуть выше, в нем зазвучала легкая хрипотца, что так сильно будоражила меня раньше. — Давно же не виделись. Ладно, мы уже не вместе, но раньше ведь были друзьями, регулярно посиделки в кафешках устраивали. Вот я и подумала — может, снова посидим? В нашей любимой пиццерии. Пива выпьем.
— Извини. Не получится, — я ответил слишком быстро и слишком равнодушно, поэтому, спохватившись, чуть подправил ситуацию и пояснил: — Я бы с радостью, честно. Но пару часов назад я уехал из Москвы и сейчас на границе области. Да и до этого приезжал, только чтобы квартиру продать.
— Я слышала, да. Если это из-за меня…
— Вообще нет, — перебил я. — Просто решил перебраться в глушь. Когда буду в городе в следующий раз, не знаю, но напишу заранее. Может, и получиться у нас пересечься, чтобы пиццу пожевать.
Еще одна пауза после моих слов длилась на этот раз дольше, и снова я не торопился ее заполнять пустыми словами. Опять ожив, бывшая разочарованно вздохнула в трубку:
— Ясно… обидно даже. Столько не виделись. Я первая позвонила. А ты…
Неожиданно захотелось высказаться резко, но я сдержался и лишь повторил прежние слова:
— Я уже далеко от города.
— Мог бы и приехать, раз ты на машине!
— Два часа пилить в Москву, чтоб посидеть столько же в пиццерии, а потом еще два часа пилить обратно?
— Я не стою того?
— Мы расстались, — напомнил я.
