— Да поняла я… и… спасибо, Тишик. Ты единственный, кто вот так со мной поговорил. А остальные… просто не ответили на вызов… но ты ведь понимаешь — красные галочки на их счет я уже поставила себе в уме…
— Сейчас все пришлю, — повторил я. — Но перед тем, как начнешь смотреть и слушать, сделай, пожалуйста, еще кое-что очень и очень важное. Это, можно сказать, вопрос жизни и смерти. Твоей жизни. И твоей смерти, Леся.
— Что именно?
— Используй любое из подходящих приложений на своем смартфоне и закажи на дом столько непортящихся продуктов и питьевой воды в пятилитровках, сколько сможешь. Если есть знакомые в аптеках — закажи через них лекарств на все случаи жизни. Укажи везде, чтобы оставляли доставленное у двери и не выходи, пока они не спустятся. У тебя есть камера на площадке?
— Конечно, есть!
— Проверяй через камеру и глазок, чтобы площадка была пуста. Вышла, закинула пакеты и бутыли домой, сразу же заперла дверь на все замки. К курьерам не выходи. Если будут ломиться в дверь — не открывай! Никому!
— А если полиция?
— Этим открыть придется, — я невольно рассмеялся. — Но я имел в виду тех, кто может стучать, ломиться, но не сможет произнести и слова. Я говорю про тех уродов, кто на видео, что я уже начал тебе отсылать.
— Да вижу… Тишик… так ты думаешь, все так серьезно? Весомые люди заверили меня, что…
— Весомым людям на мелочь плевать, Леся. Полагаться можно только на себя. Находиться на улице смертельно опасно. И не жалей денег, когда будешь запасаться едой и особенно водой. И подумай о том, как ты будешь готовить пищу, если у тебя отключится газ.
— У меня электрическая плита.
— И электричество, — дополнил я. — Подумай, как тебе продержаться, если в квартире не будет электричества и воды несколько недель.
— Ты с ума сошел⁈ А туалет? А ванна?
— Ну… унитазом пользоваться можно будет — трубы ведь никуда не денутся и сливаться все будет в канализацию. Мыться — раз в неделю, минимумом воды и в тазике.
— Фу!
— Фу, — согласился я. — Не спорю. Есть возможность — уезжай в глушь, но продумай, как безопасно добраться до машины и как доехать. И как ты будешь жить там — в деревне тоже все непросто. Особенно для горожанки. Но думать — потом, Леся. Сначала действовать. Начинай делать заказы и смотреть видео. Только не заказывай сразу двадцать пятилитровок — штук по шесть за один заказ. Не больше.
— Курьерам платят за их работу! Должны уметь справляться с любым объемом заказанного!
— Или просто не возьмутся за такой заказ, и ты останешься без воды и еды.
— Буду жаловаться! Клиент всегда прав!
— Только не в апокалипсисные времена, — вздохнул я. — Можешь, конечно, и жаловаться… но лучше не тратить свое и чужое время на эту фигню. И это… а денег займешь? Хотя бы немного. Надеюсь, дней через пять максимум отдать полностью плюс шоколадка. А может, и раньше сумею отдать.
— А сколько тебе надо?
На этот раз мой вздох был еще горше:
— Много. Прямо много. Но у тебя попрошу всего тысяч пятьсот. Сможешь?
— Двести — смогу. Не больше — ведь ты заставляешь меня закупаться, а у меня все деньги в активах, Тишик. Ты ведь понимаешь — я леди современная…
— Понимаю. Двести — норм. Можно прямо по номеру скинуть на карту.
— Сейчас переведу.
— Спасибо большое!
— Постой…
— Да?
— Если я позвоню — снимешь трубку?
— Сниму, Леся Павловна, — улыбнулся я. — Или перезвоню позже.
— Обещаешь, Тишик?
— Обещаю.
— Ставлю поцелуйчик галочкой. Береги себя! И знаешь что?
— Что?
— Тебе идет быть не мямлей, Тихон. Так тебе гораздо лучше.
— К-хм…
— И спасибо…
Через полминуты смартфон пискнул, оповещая о пришедших на карту двухстах тысячах рублей. Занимать деньги легко, а вот отдавать тяжело…
Услышав шум тарахтящего двигателя, я глянул в сторону щебневой площадки и увидел въезжающую на участок машину строителей. Вот и начало шумного утра…
Еще сонные и чуток пахнущие алкоголем парни выслушали мой новый план действий без малейших эмоций. Хотя вру — слушали они меня с легким удовольствием, пока самый младший уже колдовал у разожженного костерка с закопченным чайником.
У меня было время подумать, недавние слова Бажена продолжали жечь душу раскаленным металлом, плюс я хотел оправдаться перед ним и перед собой, причем делом, а не словами. Даже план составил на одном из желтых клетчатых листов. С него я и зачитал парням свои наполеоновские планы по будущим работам.
Пункт первый: работы над пристройкой к бытовке дополнительного помещения не прекращаем, но на этом направлении оставляем только одного человека. У парней сразу возникли резонные возражения — в одного тяжело — но я их успокоил, ткнув себя пальцем в грудь и сообщив, что до обеда или дольше буду помогать этому одиночке во всем. Доски притащить или пилить, землю копать, тачку возить — сделаю все, что потребуется. Да, я помнил свои провальные попытки заняться благоустройством участка самостоятельно, но благоразумно не стал никому рассказывать о своем позоре.
