Когда Железный Шрам заполнял водой утробу, полы вспучивались, а гобелены натягивались словно струны. Сочленения огромного тела разъезжались и обнажали полотна влажных, тугих связок. Комната увеличивалась почти вдвое и заполнялась натужным, низким рокотом. Сокращения могучего сердца сотрясали стены ритмичной, частой пульсацией. Относительно неподвижным оставался только клочок пола, расположенный в центре комнаты и плотно заставленный вычурной мебелью. В комфортных тучных креслах, расставленных вокруг длинного стола из кипящего дерева, развалились Нуаркх, Хаотри и наиболее доверенные головорезы. Хенши молча сидел в уединенном угле, где на него не падали лучи Слез и косые взгляды пиратов. В отличие от беженцев, экипаж Шрама не торопился принимать пугающее немое существо.
— Ставлю на кон карту сокровищ. — Объявил тоннельник и небрежно бросил на стол пергаментный свиток, который когда-то заманил его в пепельные пустыни. Прежде чем комната вздыбилась и загудела, он успел придавить невесомый сверток массивным железным стаканом с Синитской пряной настойкой. Видя алчные взгляды пиратов, Нуаркх продолжил: — Вскоре Саантир погрузиться в войну, кому будет дело до горстки авантюристов, которые решились разграбить потаенные гробницы в Западных ущельях?
— Не рекомендую вам соблазняться, Сарраты. Вас схватят в полудне пути от стен, а потом развесят вдоль Нар'Кренти. — Самодовольно улыбнулась Хаотри, а после клацнула клыками по изящной курительной трубке и скрылась за клубами голубого дыма.
— Не волнуйся за них, Хао, я не собираюсь поддаваться. — Самодовольно ухмыльнулся Нуаркх, который четверть часа пытался подначить пиратов на еще одну партию в клемб. Длинные серии побед, одержанные тоннельником в последние дни, вызывали у головорезов обоснованную нерешительность.
— Вижу, вы не такие смельчаки, как меня уверяла ваш капитан. Может оригинальный Алчущий, вырванный из глотки Тени, сможет вас подстегнуть? — Прощелкал Нуаркх, извлекая изящное, грозное оружие из туго набитого походного рюкзака. Вытянутые дуги голубых бликов, застывшие на лакированных ножнах, мгновенно притянули внимание нескольких Змеев Урба. Нуаркх алчно ухмыльнулся, но по комнате внезапно раскатился низкий голос на границе слышимости:
— Капитан, поблизости два крупных скалогорба. Движутся вместе и идут к нам. — Еле различимый голос, пульсирующий в самих костях, доносился из вибрирующей бледно-голубой мембраны, натянутой в одном из углов.
— Нуаркх, скажи, что это миньоны Калрингера! — Хаотри взметнувшись из-за стола. Ее рука непроизвольно легла на эфес заискрившегося костяного меча.
— Вряд ли, я подал сигнал совсем недавно. Разве что, кто-нибудь из них был неподалеку, но я не стал бы на это рассчитывать. — Ответил Нуаркх, небрежно кидая карты на стол и кладя на колени кожаный чехол копья Синагара. После он потянулся за пазуху и проверил гончую сферу со слегка пенящейся, зеленоватой кровью. Она уже поймала след близнеца, но близость помощи оставалась загадкой.
— Чтоб меня! Как нас тогда выследили, мы же на Карликовом Перекрестке! — Оскалилась Хаотри и быстро заскользила к нижним отсекам тела Железного Шрама. Даже самые грозные из пиратов торопливо разбегались с ее пути.
— Твои подчиненные проморгали Теней, которые взяли кровь Железного Шрама для гончего эликсира. — Предположил тоннельник, лениво вытаскивая тело из кресла и отправляясь вслед за капитаном. Хенши покинул уединенный угол и бесшумно присоединился к Нуаркху.
— Я выкину наших дозорных на растерзание течением и Аргийским тварям. — Прошипела капитан, спускаясь по пульсирующей дуге коридора, которую выстилала крутая деревянная лестница. Несколькими извилистыми поворотами спустя троица уткнулась в ярко-синий мускульный мешок, окутывавший мозг Шрама. Проникли внутрь они через заслонку стальной двери, вживленную в сокращающиеся мышцы. За заслоном их ожидал огромный узел извилин, подвешенный на тугих растяжках сухожилий и толстых сосудах, пульсирующих в такт сердцу. У основания мозга, опиравшегося на костяную пластину грудины, сидел сутулый и худой пепельный. На чисто выбритом черепе тускло блестела открытая стальная створка миниатюрного отверстия. Вытянутая влажная присоска, тянущуюся от извилин Шрама, проникала внутрь этого отверстия и образовывала связь между двумя разумами.
— Это Лазурные течения, Саррин. Вижу метки на боках скалогорбов. — Окликнул капитана пепельный, бросив в ее направлении расфокусированный взгляд.
