– Это и есть Постулаты Тьмы,– ответила Ио, пытаясь перекричать ливень и шум волн,– семь Постулатов, семь каменных столбов, стоящий кругом.
– Почему так?– не понимал Леша.
– Семь Постулатов Тьмы символизируют Семь Смертных Грехов.
Прогремел гром. Ударила зеленая вспышка.
– Постулаты Тьмы – есть Грехи?– удивился Себастьян.
– Это их символы,– кивнула Ио.
– Семь Смертных Грехов: гнев, алчность, чревоугодие, гордыня, зависть, похоть и уныние,– объяснил Бальзамо.
– С их помощью Ахерон сможет превратить нашу Клио в Темную Королеву,– добавил Анатас,– если он это сделает, то мы уже не сможем ее спасти. Никогда.
И все прибавили шагу. Оставалось совсем немного…
Шумел кровавый океан, сыпались зеленые искры молний, хлестали ледяные капли ливня. Каменная тропа черной горы осыпалась под ногами. Идти было не то что трудно, а практически невозможно!
Но на вершине все четче и четче проступал вид Семи Постулатов Тьмы, символизировавших Семь Смертных Грехов. Эти черные столбы напоминали камни Стоун-Хэнджа, но были они ровными, высокими, широкими и стояли в ровном кольце, относительно друг друга.
Именно в этом месте Ио явилось то злосчастное пророчество, которое определило судьбу мира, положив начало игре дьявола.
«Только воскреснув из мертвых, создатель Печати отсрочит преждевременную кончину мира, но найдет свою смерть в огне».
Судьба всех Пепельных Миров оказалась тесно связана с судьбой Бальзамо Картеса, а впоследствии и со всеми ними: Анатасом, Селеной, Клио, Полиной и другими…
Дьявол, Лорд Анатас, составил гениальный план игры с Ахероном, где каждая деталь не была лишней и выполняла свою четко заданную функцию, но в итоге в план вмешались провидения судьбы, которые разложили карты так, как им захотелось.
Даже дьявол не может победить судьбу, которую создают сами люди каждым своим поступком.
Сверкнула зеленая молния, озарившая все Семь Постулатов Тьмы. Именно в этот момент они добрались до своей цели. Путники забрались на самую вершину черной горы.
Прогремел гром. О скалы ударила кровавая волна. По лицу забили ледяные капли.
Они здесь. Они пришли.
Именно здесь, на Постулатах Тьмы, все должно завершиться… Арена для последней битвы была выбрана.
Когда они забрались на вершину, то увидели, как от всех семи Постулатов Тьмы по земле ползут красные трещины, из которых хлестал огонь. Все эти трещины ползли к центру кольца Постулатов, в котором образовывали небольшой круг. В этом маленьком огненном круге, замерев, стояла Клио. Ее глаза были закрыты, она стояла очень спокойно, ее волосы развевались на ветру. В руках девочка прижимала к себе Бобби.
По обе стороны от нее стояли двое: Мессалина и Лорд Ахерон.
Они здесь.
Увидев отряд, который был готов отдать все свои силы ради спасения Клио, двое обернулись. На мгновение на лицах обоих застыл ужас, который они тщетно пытались сменить яростными улыбками.
– Бальзамо… Анатас…– слетело с губ Ахерона.
– Я вернулся,– грозно ответил Бальзамо Картес.
– Селена… и ты здесь?– выгнула бровь Мессалина.
– Я пришла за дочерью,– ответила Селена.
Мгновение промедления. За этот миг Мессалина и Ахерон пробежались взглядом по остальным, что стояли за спинами троих: Селены, Бальзамо и Анатаса.
А потом случилось нечто… Ахерон резко замахнулся руками и прокричал:
– Не-е-е-ет!!!
Ударила зеленая молния. И в один миг все Семь Постулатов Тьмы стали покрываться плотным воздушным куполом.
Реакция Селены, Бальзамо и Анатаса была моментальной – все трое прыгнули внутрь купола, стены которого плотно закрылись за их спинами.
В итоге Мессалина, Ахерон, Клио, Селена, Бальзамо и Анатас были отрезаны от всех остальных воздушной искрящейся зелеными бликами стеной, плотной как стекло. Купол полушарием накрыл сверху все Постулаты и тех, кто оказался внутри их кольца.
– Проклятье!– выругалась Ио.
– Нет!– отчаянно прокричала Амайя.
Остальные принялись колотить кулаками по невидимой искрящейся плотной стене, но все оказывалось тщетно.
Ио, Цирцея и Амайя стали применять самые разные заклинания, чтобы преодолеть барьер, но щит был слишком плотным, чтобы его можно было так легко разрушить.
Так часть путников стала зрителями тех сцен, что развернулись между заклятыми врагами, бывшими друзьями и родственниками внутри кольца Семи Постулатов Тьмы.
– Это только наша битва,– прокричал Ахерон,– и им не следует вмешиваться в нее, вы согласны?
Единственное, с чем были согласны Селена, Бальзамо и Анатас, так это с тем, что теперь их друзьям ничего не угрожает. Им придется сразиться с Ахероном и Мессалиной самим.
Время пришло.
– Бальзамо, ты жив…– обратился Ахерон к нему.
– Как видишь,– процедил он сквозь зубы,– цел и не вредим.
– Не на долго… Но как?
Ахерону дали время ответить на этот вопрос самому. Он мигом пробежался по тем, кто остался за куполом, а потом на его лице появилась улыбка.
– А-а… котяра… Блохастый котяра! Это ты!
Бальзамо холодно усмехнулся.
– Я должен был догадаться… А ты?– Ахерон посмотрел на Анатаса.– Что забыл?
