Экспромтом, без предварительной заявки сюда никого не пускали.
Изнутри, высокие стены забора выглядели, так же неприступно, как и снаружи. Вереница черных и серых автофургонов стояли под навесом и на корпусах некоторых из них виднелись следы от пуль и осколков.
Операции спецназа проходили по-разному.
На территории никого видно не было, тренировки проходили в неброского вида павильонах, выглядевших, как складские корпуса.
Из автобоксов доносился шум какой-то вибромашины – здешний автопарк постоянно ремонтировался и совершенствовался, чтобы не отставать от новинок тех, с кем приходилось сталкиваться в бою.
На экране навигации появилась схема парковки и следуя ее указаниям, Бенц проехал между двумя зданиями и остановился на пятачке, где уже стояла «алабама» его напарника Шрайбера.
В обычных операциях они действовали сообща и всегда были на связи, однако в случае особых приказов начальства, помогать друг другу не могли и каждый был сам за себя.
Едва он вышел из машины, дверь в одном из ближайших строений открылась и там показался боец – видимо из дежурной смены.
– Куда? – спросил Бенц пройдя мимо посторонившегося дежурного.
– На второй этаж, там направо и до конца.
– Спасибо.
На первом этаже отчетливо пахло спортзалом и немного порохом, значит тут бойцы тренировали тело, а в подвале, как обычно, оттачивали мастерство стрельбы.
На втором этаже все походило на какой-то не слишком важный офис. Недорогая отделка, устаревшее электрооборудование с вынесенными на стены панелями для коммуникации.
Сейчас так уже не делали, прокладывая электрику и связь по узким и удобным шинам.
Таблички на дверях отсутствовали – только номера, но в конце коридора находилась пластиковая дверь оранжевого цвета с надписью «Босс».
Бенц усмехнулся. Наверняка это был кабинета командира спецназа – капитана Ковальчука. Тот был личностью выдающейся и яркой, балансирующей на грани увольнения. Но баланс всегда был немного смещен в его пользу, поэтому уже больше двадцати лет он держался на службе, несмотря на скандалы.
Бенц постучал в дверь и услышал голос майора Клейна:
– Заваливайся, Отто!
«Пьян, что ли?» – подумал Бенц осторожно заходя в помещение. Слишком уж приветливо прозвучал голос начальника. Но – нет, видимо хотел казаться более живым и отзывчивым в присутствии капитана Ковальчука, славившегося также своей демократичностью.
Клейн и хозяин кабинета сидели за потертым оружейный столом на котором стояло несколько бутылок воды.
У дальней стены с каким-то журналом на коленях расположился Шрайбер.
При появлении Бенца он даже не поднял на него глаз, делая вид, что «мисс Йогурт-Чинни» за позапрошлый год его сейчас интересовала больше.
– Ну давай, рассказывай, Отто. Здесь все свои.
– Э-э… Стадион на Стори-Филд. Там под охраной шестьдесят человек, – произнес Бенц, следя за реакцией Ковальчука, чтобы понять, что «скормил» ему Клейн – официальное задание или «халтурку».
Пока было непонятно. Капитан развернул на столе старую пластиковую карту города исписанную разными нужными заметками, в том числе и в неприличной форме.
– Ну, вот тут Стори-Филд и стадион… Он же заброшен, так? – уточнил Ковальчук взглянув на Бенца.
– Так точно. Лет пять как, – подтвердил тот.
– До стадиона от района Зайланд… – Ковальчук померил четвертями. – Три с половиной километра. Слишком далеко, поэтому будем работать двумя группами.
У стены, позабыв про журнальных красоток оживился Шрайбер. Зайланд был его территорией ответственности и похоже он там, тоже намыл какой-то объект.
– Так, от чего мы будем отталкиваться? – спросил капитан, сворачивая карту и адресуя вопрос Клейну.
Тот показал ему свой диспикер на экране которого, вероятно, была какая-то сумма.
– Надо бы прибавить, – сказал Ковальчук, бросая карту на стол.
Клейн вздохнул и сделав какие-то исправления, снова показал диспикер капитану. Тот кивнул.
«Значит халтура», – ответил Бенц себе на свой вопрос.
– Кто там рулит у них, ты знаешь? – спросил Клейн у Бенца.
– Фетруччи.
– Фетруччи?! – воскликнул Ковальчук. – Этот сука в меня пятнадцать лет назад, вот так – с двух метров стрелял!
– Промахнулся? – уточнил Клейн.
– Да ни хрена, – покачал головой капитан.
Вот уже третий день подряд Чейн ходил на службу, как когда-то.
Это он сам придумал определение – «как когда-то». Так то он догадывался, что его недомогание длилось всего-то несколько дней, однако ощущение было такое, что у себя на работе он отсутствовал… может быть месяцы. Очень уж трудно возвращались к нему знания и понимание таких простых, прежде, вещей.
– Киппер, Эдди. Это обычный киппер. Мы поставим его за три минуты, – говорил бригадир, глядя в напряженное лицо начальника, который с недоумением смотрел на коробку с перепускным механизмом.
От Чейна требовалось «добро» на замену простой железки, однако у него возникло непонятное другим состояние – он смотрел на киппер так, будто видел его впервые.
– Ну хорошо, ставьте, – сказал он наконец и покинув бригаду, спустился к себе в кабинет, где открыл в планшете нужную спецификацию и через десять минут с облегчением закрыл ее.