Теперь он знал об этой детали все, что нужно, но похоже, только на сегодня.
Удостоверившись, что все сделал правильно и рабочие на сорок шестом этаже меняют нужный узел, он почувствовал голод и отправился в кафетерий, где сейчас – в не обеденный час было пусто.
Парень, который тут работал уборщиком и на всяких подсобных работах, переставлял что-то возле жаровой панели, а за прилавком стояла красивая девушка, которую Чейн здесь прежде не видел.
По крайней мере, сейчас ему казалось, что не видел.
Заметив его появление, она поправила на голове крахмальную наколку и встала так, чтобы выглядеть более выгодно – в пол-оборота.
– Здравствуйте, – сказал Чейн.
– Здравствуйте, э-э… – девушка заглянула в электронную подсказку висевшего перед ней планшета. – Мистер Эдвард Чейн. Чего желаете?
И она улыбнулась ему совсем не формально.
– Кофе с булочкой.
– Кофе с булочкой, как мило. Кофе со сливочной пенкой, как обычно? – на всякий случай уточнила она полученный из подсказки ответ.
– Э, нет, я хотел бы «черный с корицей».
– А, ну хорошо, всегда не поздно попробовать чего-то новенького. Значит черный с корицей?
– Да.
Девушка запустила программу приготовления и позади нее негромко заурчал мейдер.
«Как вас зовут?» – хотел спросить Чейн. Эта фраза пронеслась в его голове будто уже сказанная его голосом. Но он вовремя вспомнил, что имя девушки имелось на служебном бейджике: Синди.
«Какая вы милая».
Это снова была его фраза в уме. Девушка прямо светилась симпатией к нему. Ну, а он к ней.
Зазвенел звонок мейдера, сообщая о готовности заказа.
Синди повернулась и сделала пару шагов к аппаратуре и Чейн смог по достоинству оценить ее фигуру и ямочки под коленями.
«Блеск!»
– Синди, я тут все сделал и теперь эта штука будет полчаса загружаться, – неожиданно вмешался парень, который тут работал.
«Стив» было написано на его бейджике.
– А что потом? Я же еще не все тут понимаю?
– Через полчаса вернусь. Если что – я на связи, а физически – в музыкальной рекреации.
Стив ушел и Чейн даже не понял куда. Как будто просто испарился и остались только они с Синди.
– Совсем никого нет. Такая скука, – сказала она.
– А когда все придут? – уточнил Чейн, чувствуя, что уже почти не контролирует себя. На самом деле совершенно не контролировал.
Ужас просто, такого прежде с ним никогда не случалось. Обычно он мог сдерживать свои чувства и, если требовалось – даже желания.
Спортивная молодость, тут не особо погуляешь.
Приходилось выбирать – большой спорт с высокими заработками и известностью или загулы с девочками. Следовало делать выбор, но он тогда выбрал ни то и ни другое, а учебу в университете.
Переходной стадии в новом знакомстве Чейн не запомнил, начав осознавать происходящее уже в подсобке.
Синди извивалась в его руках надеясь, как-то выскользнуть, но он надежно держал ее мокрое от пота тело, ускоряясь снова и снова, чтобы достичь нужного результата, а тот, то подбирался совсем близко, то снова отбрасывал Чейна на позиции аутсайдера.
В конце концов, все завершилось и Синди, всхлипывая, спаслась наконец, бегством.
«Сама виновата», – пронеслось в голове Чейна, когда он выходил из подсобки через узкую «пожарную» дверцу – прямо к лифтовому холлу, куда из лифтовых кабин выходили спускавшиеся на обед клерки.
Перехватив пару взглядов, Чейн на ходу стал застегивать брюки.
Голова его работала на удивление хорошо. Он прекрасно все слышал, видел и различал цвета.
Вспомнив, что так и не выпил свой кофе, Чейн мысленно отмахнулся. Можно было перехватить что-то у секретарши босса – добрейшей тетушки Мэнди. У нее всегда имелся запас печенья, чтобы при случае подкормить Чейна, которого она воспринимала, как сына.
Так и получилось. Заглянув в приемную Гифсона он застал там секретаршу, которая как раз пила напиток из какого-то полезного мха.
– Миссис Свейн, найдется у вас что-нибудь к чаю? – спросил он.
– Ой, Эдди, детка! Ну наконец-то ты выглядишь по-человечески! Значит выздоровел. Конечно, милый, конечно я дам тебе печенья, у меня для такого случая тут два сорта… Подходи…
От мхового смузи Чейн вежливо отказался, но ушел с коробкой печенья даже не двух, а четырех видов. Правда, придя к себе в кабинет, он разом забыл про голод, увидев спящим на своем диванчике собственного начальника, а на столе, рядом с каким-то незнакомым портфелем – пустую бутылка из под «крейса».
– Ни хрена себе, – произнес Чейн останавливаясь посреди кабинета. Может стоило разбудить Гифсона? Но зачем? Если человек напился, значит на то были причины притащить в портфеле выпивку и добить ее в кабинете заместителя.
– Бедняга Гифсон, – произнес Чейн, решив для себя, что не будет спрашивать его потом, почему тот выбрал именно его кабинет.
Вспомнив, что бригада сейчас работала на тридцать шестом этаже, Эдвард вышел из кабинета и захлопнул дверь так, чтобы снаружи ее нельзя было открыть без ключа, а изнутри замок прекрасно открывался.
На ходу поедая печенье, он решил подниматься на служебном лифте и пока тот был в движении, думал о том, насколько удобно будет после сегодняшнего, появляться в кафетерии.