— Полагаю, что так, но помогает то, что мисс Брайан — та, кто стремится обучаться на кухне и сама от природы талант на кухне.
Кевин Уэллс:
— В сравнении с кем?
Шеф Дюран:
— В сравнении с теми шефами, кто получил традиционную подготовку, посредственный набор навыков, с теми шефами, что склоны к драматизму и к тому, чтобы ставить себе в заслугу успех других людей. Но на самом деле, мы здесь не для того, чтобы обсуждать старые дела. Я двигаюсь вперед, и мне от этого только лучше.
До того, как я смогла контролировать свой мозг, я разорвала на кусочки статью и самодовольное лицо Стивена на фото, снова и снова, а потом вдобавок ко всему бросила кучку отвратительного конфетти в кружку со своим глинтвейном.
Какой. Он. Мудак.
— Гвендолин, что нашло на тебя? — моя мама прижала руку к груди, выражение ее лица было ошеломленным.
— Напыщенный член, который со мной больше никогда не случится.
— Милая! Что за выражения?! — прошипела она, оглядывая кофейню, чтобы посмотреть, повернулся ли кто-нибудь в нашу сторону или нет.
— Прости. Напыщенный мудак будет звучать намного лучше.
Стивен сказал, что я была одной из тех, кто имеет посредственный набор навыков? Когда-то он был кулинарным гением, а сейчас он был не более чем второсортным поваром, который не мог бы увидеть разницы между бананом и тем, что было у него самого в штанах.
И Стивен будучи Стивеном, и без сомнений, он спал — и использовал — того бедного су-шефа, которая понятия не имела о том, что в ее сторону несся грузовик предательства. Он отбросил бы ее в сторону, постаравшись разрушить ее карьеру и репутацию, как он попытался сделать это со мной, а она была ослеплена.
Настолько, насколько меня впечатлило интервью Стивена, настолько же это обрушилось на мою реальность. Я по-прежнему позволяла этому человеку влиять на мою жизнь, относиться ко мне как к какой-то сноске в тексте, как выразился Логан. Но я отказываюсь терпеть это. Стивен не собирался позволить мне иметь ту карьеру, что я заслуживала, а я не собираюсь позволять этому эгоистичному мудаку удерживать меня в стороне от того, что я хотела сама.
А прямо сейчас, я хотела простого потакания своим капризам в виде Логана Стоунстрита.
— Мам, мне нужно перенести обед на другой раз, — сказала я, вскакивая со стула и отодвигая свою чашку в сторону.
— Ты не сделаешь ничего подобного. Сядь, Гвен. Твой брат будет с минуты на минуту…
— Я позвоню позже, чтобы поздравить его, — продолжила я, пресекая ее возражения.
Не все должно быть сложным и не каждый парень собирался посягать на то, чтобы опозорить меня. Настало время воспользоваться советом Мисси и хоть раз для себя самой немного развлечься без всяких обязательств. Сделать что-то для себя и хоть раз что-то взять, а не отдавать. Без извинений, критики или обязательств.
Потому что девушка не могла существовать на прекрасной кухне в одиночестве — иногда ей требовалось обычное наслаждение засаленным, до тошноты противным американским плавленым сыром, который положили между зажаренными кусочками Сладкой Булочки.
Глава 12
ЛОГАН
После того, как я простоял на шоссе больше часа, не прошло и тридцати минут, пока я добрался до дома из аэропорта, и прозвучал стук в мою дверь. Я вздохнул и поднял себя с дивана. Самое меньшее, что отец мог сделать для меня, прежде чем завалиться сюда со стопкой записей игры для анализа, это дать мне возможность переодеться, что-нибудь поесть и, возможно, вздремнуть немного. Не говоря уже о том, что, возможно, у меня не было никакого желания смотреть, как плохо я выглядел, заняв свое место на поле во второй половине матча, когда мои конечности были словно желе и отзывались достаточно медленно, чтобы даже карапуз смог увидеть в какую сторону я собирался сделать движение.
Последовал еще один стук, он был более громким и не терпящим возражений.
— Попридержи коней, отец, — сказал я, идя по своей квартире. Я по-прежнему передвигался с легкой хромотой, но, по крайней мере, прострелы в ребрах от последнего запрещенного удара «отпустили» меня, сменившись тупой болью. Я открыл замок и распахнул дверь.
— Гвен? — спросил я удивленно, увидев ее снаружи. Она была одета в безразмерный свитер и черные джинсы. — Что ты…
— Нет, — сказала она, проносясь мимо меня в коридор. Ее голос звучал так, как будто у нее сбилось дыхание. Ее лицо пылало, а волосы растрепались от ветра и холода, и некоторые пряди выбились из собранного пучка. Она бежала сюда?
— Что «нет»? — спросил я, следуя за ней в свою гостиную.
Гвен развернулась ко мне и вскинула руки вверх, как будто бы раздраженная тем, что я не мог понять, что она пыталась сказать мне.
— Я не забыла об этом.
Должно быть, я витал где-то в своих грезах, потому что она поднялась на цыпочки и поцеловала меня. Такие решительные действия с ее стороны застали меня врасплох, что я застыл на месте. Гвен напряглась, но до того, как она успела отстраниться, я обхватил ее за талию и развернул так, что ее тело оказалось зажатым между стеной и мной.
— Насколько яркие воспоминания сохранились в твоей памяти? — спросил я, улыбаясь напротив ее рта.
