Что ж… в этом Лоренцо даже не сомневался. И глаза наверняка есть, и языки… вырвать бы последние щипцами! Одно его движение сойдет за несчастный случай – массажистка сильно нажала или потянула. А вот несколько или разговор – уже нет.
– Да. А ты?
– Тоже. Ты гладиатор…
– Да.
– Я давно хотела с тобой поговорить, но мне мешала напарница. А сегодня ее нет. Меня зовут Дженнара Маньяни.
– Ньора Дженнара, верно?
Девушка чуть сильнее надавила пальцами.
– Да. Ты дан?
– Да.
– Хочешь сбежать отсюда?
Лоренцо насторожился.
Интересно… но за столько времени он уже усвоил – человек человеку волк, товарищ и корм! Если кто считает, что все рабы мечтают о свободе…
А рабов этот кто-то много видел?
Да, мечтают, но далеко не все. Большинство живет при хорошем хозяине и не думает о какой-то самостоятельности, человеческом достоинстве… и вообще не думает. Им и так отлично живется.
Крыша над головой есть, зачастую получше, чем у многих «трущобников», если взять Грязный квартал, к примеру, так и намного лучше.
Кормить – кормят, иногда и денежкой балуют, и кое-какое имущество имеется, та же одежда, а то и безделушки… вон, Энцо тоже раб, а драгоценностей у него как бы не больше, чем два года назад, когда он свободным был. И никто их не отберет.
И деньги есть, Зеки-фрай на него потихоньку ставить начал, по его же, Лоренцо, просьбе…
А если хозяин хороший, так у раба и семья есть. Хозяин в этом еще и заинтересован, так сказать, естественный прирост рабочих рук.
Тут, в Арайе, многие уж и не помнят, какое они поколение рабов.
Десятое?
Сотое?
Их деды так жили, они так живут, и все отлично, и стремиться никуда не надо – зачем? Вовсе даже незачем. Предложи такому какую-то сомнительную свободу, так тебе еще и в морду дадут.
Зачем нужна свобода при полной кормушке? Ни к чему.
А вот провокации хозяева устроить могут. Запросто.
Но… в том-то и дело, что это вполне впишется в образ, который нарисовал для себя Лоренцо. Да, он желает на свободу!
И что? Он дан! Он не раб!
А потому схватится и за соломинку. И поговорит с этой девахой… кстати, пора переворачиваться на спину, чтобы она продолжала свою работу. А там посмотрим, кто с кем играет, кто будет в выигрыше…
– Хочу.
– Если возьмешь меня с собой – я помогу.
Энцо не фыркнул только потому, что девица смотрела ему прямо в глаза.
Хорошенькая?
Да вот ни разу и ни близко! Очень даже так себе… черты хоть и мелкие, но если приглядываться, то в них ничего приятного нет. Нос коротковат, подбородка вовсе нет, лобик низкий, волосы неопределенно-темные, глаза карие, но не прозрачные, как у него, а мутноватые, грязноватого оттенка. Фигура? Ну и фигура подкачала, больше всего похоже, что девушку вырубали из дерева тупым топором, и мастер был безнадежно пьян. Общие контуры он наметил, то есть грудь на месте, талия вроде как тоже, а вот выточить, обтесать…
Нет, не красотка. Понятно, почему массажистка: на такую никто не польстится. Непонятно другое.
Массаж – это местное искусство. Арайское. А вот в Эрвлине такое не распространено, нет. Девица же делает свою работу вполне уверенно. Но…
– Чем ты можешь помочь?
– Называй меня Джен. Здесь меня назвали Динч…
– Я Энцо. Итак, Джен, чем ты можешь мне помочь?
Рабыня посмотрела серьезно.
– Удрать – не проблема. Но нужно выбраться из города. Снять ошейники, это к кузнецу, потом надо добраться до Эрвлина. Но я не умею… на лодке.
– Я тоже, – не порадовал ее Энцо.
– Тогда только верхом. Нужны кони, причем не меньше трех, два верховых, вьючный. Одежда, припасы… это – деньги. Много денег.
Лоренцо кивнул. С этим спорить было сложно, очень много денег надо, чтобы сбежать из рабства. Рабы столько не зарабатывают, а обчистить шкатулку хозяйки?
– Я банная рабыня. Меня за хорошие руки держат… попробуй проситься на массаж не ко мне, а ко второй женщине.
– Почему?
– Бема ревнива. Ты молод.
Энцо прикрыл глаза.
– Попробую…
– Тогда у нас будет время поговорить. Я могу тебе помочь все купить и подготовить, мне разрешают ходить по городу, я закупаю масла и благовония и людей знаю и вижу.
– Допустим.
Лоренцо ходить по городу не пускали. Свободно – точно нет.
– Я смогу договориться, но нужны будут деньги.
– Я подумаю, – решил Лоренцо. – Давно ты здесь?
– Восьмой год.
– Сколько тебе лет?
– Двадцать два…
– Понял. Откуда ты массаж умеешь?
– У меня мать падала, ногу сломала, срослось плохо. Сказали, массаж может помочь, приглашали массажистку. Я смотрела, потом интересно стало, я у нее учиться начала. Моя семья ньоры, из небогатых, отец не возражал. Сказал, при деньгах буду, а то и родным помогу…
– А здесь ты как оказалась?
– Плыла с мужем на корабле. Пираты, потом сюда… поднимайтесь, Ангел-фрай, я закончила…
Энцо послушно встал с массажного стола, и вовремя. В комнату вошла Бема-фрайя.
– Ты доволен, дорогой мой?
Лоренцо посмотрел на любовницу, и подумал, что даже в своем возрасте она выглядит намного лучше, чем эта… Джен.
Тело ухоженное, холеное, красивое, волосы шикарные, лицо без единой морщинки, разве что шея чуточку выдает возраст, но именно что чуть и надо долго приглядываться…
– Ты восхитительна, – искренне сказал он.
