По-настоящему нарушение кучи правил, но в данном случае лучше быть честным. Иначе зажмется и ничего не добиться.
Она поспешно кивнула.
- Мы нашли несколько тел, - сказал он. - К сожалению, опознать практически невозможно. Возле Львова был похожий случай. Там местная ячейка националистов убивала лояльно настроенных к советской власти или заподозренных в работе на государственные органы. Пока приходится снова проверять всех пропавших в последний год.
- А вещи?
Смотреть на девушку было приятно. Лицо сердечком, с заостренным подбородком и высокими скулами, пухлые губы, чуть вздернутый носик. Волосы гладко зачесаны назад и скручены в тугой узел на затылке. И хотя одета не лучшим образом, старенькое платье не скрывает приятных округлостей.
- Они раздеты и разложились... Уж поверьте, зрелище не из приятных.
- Зубы должны были сохраниться.
Не только красивая, подумал он. Еще и умная. Именно поэтому и пришел. У пропавшей девушки был очень характерный дефект внешности. Возможно даже не портил, пока была жива, а придавал определенный колорит и индивидуальность. Щель между зубами.
- Почему вы пришли в милицию? - не подтверждая, но и не отрицая, спросил.
- Больше некому, - думая о чем-то, ответила Ирья машинально. - Мы с детства дружили и жили вдвоем. Ее родители погибли еще в 41м под немецкой бомбежкой. Мой дом в 44м накрыло.
С западанием пришло в голову, что об этом лучше бы помолчать. Советская авиация меткостью не отличалась и разбила половину жилых районов. Естественно, при условии, что метили по порту или неким военным объектам, а не прямо по населению в надежде запугать, как многие уверяли. Тогда погибли сотни и остались без крова многие тысячи. Разве задним числом утешаться, что никого не подселят теперь. Считай целый дом в распоряжении. Деревянный и не новый. Зато Каламая практически в центральной части города. В прошлом самый большой средневековый пригород Таллина. И рыбу можно дешево у знакомых взять. До сих пор основное население составляют рыбаки. Каламая и есть Рыбный дом.
- Вот и съехались. На работе никому не было дела до исчезновения. Ничего из заводского имущества не пропало, ну и бог с ней.
- То есть вы знакомы много лет? - он сознательно не употреблял прошедшего времени всерьез заинтригованный. У здешних, даже хорошо говорящих на русском, что случалось не часто, если только не жили много лет в СССР в речи заметен акцент. Она говорит очень чисто.
- С детства. И точно знаю, Маргит не имела отношения ни к подполью, ни к, - девушка запнулась. Неизвестно что хотела выдать первоначально, но удержалась, - к вашим секретным агентам. У нас не было друг от друга секретов.
- А брат?
- А что, Юло? - насторожилась. - Он даже у немцев не служил, подался в Швецию.
На самом деле не совсем так. То есть реально хотел удрать, но из-за бурного моря приплыл в Финляндию. А там его поставили перед выбором: выдадут немцам или служить в армии. Он выбрал финнов. Потом те организовали из таких сбежавших целый эстонский полк и отправили вроде бы в Карелию, если намеки правильно поняла. Даже дослужился до какого-то вянрика. Что-то типа младшего командира. Старше унтер-офицера и младше лейтенанта. Ничего удивительного, парень со средним образованием. Притом не трус. Он и уехал не из страха. Не захотел воевать за Рейх. Чего ради за немцев кровь проливать, когда Эстонии никто не обещал независимости. Финляндия, как бы, иное дело. Братство балтийских народов и все такое. После Великой войны финские добровольцы помогали воевать с немцами и красными. До 45г письма приходили. Что с ним стало потом неизвестно. Можно надеяться, что хватило ума завершить маршрут до Осло. Говорят, финны после капитуляции выдавали советам иностранцев. Но Маргит никаких известий не получала.
- Ирья Альбертовна, мне реально нет дела любила она советскую власть, ненавидела или мечтала смыться в Швецию к родственнику. Но вы можете нечто знать, дающее ключ в поисках убийцы. Ошиблись они в оценке ее поведения или хотели отнять деньги, которые копила на эмиграцию - вот это может иметь огромное значение. Может быть есть люди, обещающие переправить за границу, а сами просто убивают и грабят, понимаете? Это не враги власти. Это просто звери и снова станут бить в спину доверившихся!
- Не было этого, - вскричала Ирья. - И денег у нее не было, и золота. Мы еще в войну все ценное продали. И не стала бы она скрывать, реши податься в Швецию.
А ты б в жизни не пошла с заявлением, прочитала в лице капитана, если б она такое сделала. Сама себе на шею статью вешает. Не донесение о преступлении, кажется так? Почему вообще бегство из страны должно считаться злодеянием? Ей все равно с таким происхождением жизни бы не было. Немка по матери, да еще отец хозяин мастерской. Так зачем держать!
- Ничего от брата не приходило, - без особой охоты пробормотала. - Я правда не знаю, а она болтушка была, не стала бы скрывать ничего.
- Хорошо, - сказал капитан. - Будем считать не в этом дело. У нее был мужчина? Любовник?