- Но ведь были и коммунисты, раз несколько тысяч на нашей стороне набралось? Вот и у эстонцев были. Я тебя понимаю, но нам с ними жить и вместе работать. Не все ж гниды. Есть и настоящие большевики! Вот Борис Гансович Кумм, например.
- Это, конечно, - согласился Воронович.
Данного человека он обязан был знать, как начальство. Министр госбезопасности ЭССР. Как положено, высший чин по республике из местной национальности. Заместителем у него должен непременно быть русский. Но птица высокого полета и от какого-то капитана до наркома дистанция огромная. С чего это вспомнил его собеседник? Ближе никого не нашлось или из нелюбимой породы ищущих материал на товарищей? Ляпнешь чего, а он в барабан бьет.
- О, - довольно воскликнул, на появление Эдуарда с котелком и чайником. - Вот и ужин. Сахара у меня нет, зато заварка имеется.
- Да ты богач! Квашеной капусты не привез?
- Я б и сам не прочь, но чего нет, того нет.
Если б сразу сюда, было б много больше. А то сначала фильтрационный лагерь, где тихо растворились польско-американские запасы, потом курсы в Минске и поездка в Ленинград за назначением, будто на месте нельзя выдать на руки предписание. Ничего особо ценного не услышал, разве освежил прежние инструкции. Уставы и параграфы в памяти за длительный срок заржавели, тем более в своем районе он достаточно долго был царь и бог. Судил по собственному разумению, не вспоминая и не используя кодексы и последние указания Пленума ЦК с министерскими инструкциями. Теперь приходилось существовать в рамках социалистической законности, а не отправлять искупать грехи кровью в бою или расстреливать по революционной сознательности.
- За Верховного главнокомандующего, товарища Сталина! - торжественно провозгласил Павел.
Тост, безусловно, стандартный, но не на празднике же сидят. Чем дальше, тем меньше Вороновичу нравился капитан Гродин. Жаль, что молчать, как эстонец не прокатит.
- С салом бы кашу, - честно деля на три равные порции, сказал Павел. - Говорят белорусы не хуже хохлов делают.
- Свинок тоже не осталось. Ну, почти. А на рынке у вас цены огого!
- А вот в 'Правде' про Орловского написали, который лично пообещал товарищу Сталину поднять благосостояние колхоза 'Рассвет'.
- А, читал, - разливая по второй, пробурчал Воронович.
Положительно Гродин или болтун, или провокатор. Кирилла Прокофьевича Орловского он знал лично. Этот был не из тутэшних, а профессиональный диверсант. Кажется и в Испании воевал. Особо не общались, но контактировали, поскольку оба воевали в западных районах. Потом того тяжело ранили и вывезли на Большую землю. И теперь вдруг возник с большими обещаниями. Ну, если лично товарищ Сталин выдаст ссуду, скот, семенное зерно и тракторы, почему бы и не накормить людей. Вопрос, почему надо лично Иосифа Виссарионовича просить и всех ли выслушают. Было б интересно проверить бюджет на сельское хозяйство и сколько он получит. Только в газете про подарок ничего конкретного. И что, обсуждать это? С человеком, которого видит второй день?
- Наверное сможет, - заверил вслух. - Из наших кадр, еще довоенный. А товарищ Сталин что сказал?
- Что? - автоматически переспросил Павел.
- Кадры решают все!
Если надо, он тоже умеет лозунгами разговаривать
Планерка ничем не отличалась от привычных. Студилин выслушивал офицеров и давал распоряжения. Хотя дело о массовых убийствах стояло в очереди, в самом начале были еще и другие, прежние преступления. Поскольку Воронович о былом, случившемся еще до его приезда, был не в курсе, не особо вслушивался, размышляя о своем.
- Иван Иванович? - произнес подполковник.
Воронович невольно вздрогнул. Машинально сделал попытку подняться и на нетерпеливый жест плюхнулся назад на стул. Здесь было не принято в отделе стоять по стойке смирно при докладе. Неизвестно, как с этим обстоит у более высокого начальства, но пока не важно.
- Уровень работы в здешней милиции на крайне низком уровне, - приступил к давно обдуманной речи. - Сразу после освобождения в течение нескольких месяцев найти данные невозможно. Что касается последнего года, одиннадцать случаев исчезновения женщин в возрасте от шестнадцати до сорока лет. Нигде это не зафиксировано, заявления так и лежат, но путем опроса родственников и знакомых установлено: три случая не имеют отношения к нашим. Одна попала под поезд, еще две вернулись домой.
- Погуляли, - со смешком сказал Кабалов.
- Трупов было шестнадцать, - задумчиво сказал Студилин.
- Да, не сходится. Но главное другое, одну все-таки опознать удалось. Некая Маргит Прууль. Работница завода 'Двигатель'.
- О!
- Полагаю к националистам это не имеет отношения, - возразил Воронович, правильно уловив смысл восклицания. Завод имел какое-то отношение к авиации и считался стратегическим объектом. - Никаких намеков на связи.
- Так тебе расскажут.
- Я беседовал не только с работниками бухгалтерии и начальником, но и комсоргом и в отделе кадров побывал.
Сам не зная почему об Ирье умолчал.
- Но это все ничего бы не значило, если б в пяти случаях при вопросах о пропавших не всплыл рынок.