Хуже всего, в доброй трети колхозов в СССР деньгами не платили. Или давали какой-то мизер. Получали продуктами по числу трудодней. А государству требовалось сдать по плану, не взирая на неурожай и лишь потом делить остатки. Даже сквозь цензуру прорывался ужас, творящийся местами. Когда всерьез на планерке обсуждают какой срок давать при людоедстве, лишних вопросов задавать нежелательно в принципе. Себе дороже. Но случаи были и попали в сводку. Как и запрет писать в диагнозе истощение от голода. Можно дистрофия.
Ему лично приходилось бегать и ловить не реальных врагов советской власти, а хищения продуктов и сопротивление при сдаче хлеба и картошки. Ну и чтоб еще лучше себя почувствовали, в феврале-мае 47го производилось фактически принудительное размещение очередного облигационного госзайма среди населения. Официально добровольные, на практике очень даже принудительные.
В газетах советский народ всегда встречал с огромным подъемом и воодушевлением изъятие минимум месячной зарплаты год, вычитаемой прямо в бухгалтерии. Еще и непременные 'стахановцы', подписывающиеся на большую, чем просят сумму. А ты следуй примеру, иначе начальство может сделать неприятные выводы. Замечательная причина для агитации против советской власти. Говорят, скоро за не выработку минимума трудодней отдадут команду сажать и выселять в отдалённые районы.
- Одновременно с проведением денежной реформы, то есть с 16 декабря 1947 года, - когда народ в зале, загомонивший после окончания фразы успокоили, продолжил министр, - отменить карточную систему снабжения продовольственными и промышленными товарами.
Ага, подумал Воронович без радости. Дождались. Еще 16 сентября, 'с целью сближения' были изменены существовавшие цены: пайковые (по которым распределялись 'карточные' товары: хлеб, мука, крупы, мясо, масло, рыба, сахар, соль) резко повысились (в 2-3 раза), коммерческие же - снижались. Но не так резво. В итоге у кого деньги были остались в выигрыше. Прочим стало заметно паршивее.
- Господи, - пробормотал Эдуард на эстонском, явно не сознавая, что произносит вслух, - что сейчас начнется в стране!
Ну, да. Товаров то не добавится от отмены карточек. Только прежде обеспечивали всех, пусть и по-разному. В том же сентябре урезали нормы выдачи для горожан, прежде всего иждивенцев и детей, а некоторые категории и вовсе сняли с пайка. Практически всех рабочих и служащих предприятий местной промышленности, подсобных хозяйств, МТС и совхозов (колхозники прав на карточки вовсе не имели).
А теперь покупай. Очереди не исчезнут, зато у кого больше денег получит преимущество. А остальным лапу сосать?
- ... отменить высокие цены по коммерческой торговле и ввести единые сниженные государственные розничные цены на продовольствие и промтовары.
Ну слава богу, не все идиоты. Предусмотрели.
- ... Единые цены на хлеб и крупу устанавливаются на более низком уровне, чем нынешние пайковые цены, причем пайковые цены на хлеб снижаются в среднем на 12%, на крупу - на 10%, а по сравнению с нынешними коммерческими ценами снижаются более, чем в два с половиной раза.
Это при параллельном отсутствии денег на руках. Зарплата в начале месяца.
- ... В-четвертых. Единые цены на другие продовольственные товары в основном сохраняются на уровне действующих пайковых цен.
В основном? Хотелось матерно ругаться. То есть не в основном повысятся. А как же, большую часть проблем государство берет на себя, но и народ должен почувствовать важность момента.
- ... В-пятых. Единые цены на промышленные товары устанавливаются на несколько повышенном уровне по сравнению с низкими пайковыми ценами, а по сравнению с коммерческими ценами снижаются в среднем более, чем в три раза.
Только кто из работяг приобретал нечто в коммерческих магазинах? Тут совсем иные средства потребны. Зато на колхозном рынке цены, наверняка, подскочат.
- Итак, - сказал Кумм, впервые подняв голову от зачитываемого документа. Наша задача обеспечить гладкое проведение реформ. Никаких эксцессов не должно случится! - судя по ударению, он собирался спрашивать с сотрудников за любое происшествие максимально придирчиво. - Поэтому личный состав переходит с этого момента на казарменное положение...
1948г.
Иван молча извлек из кухонного шкафчика бутылку водки, налил полный стакан и выпил, как воду. Ирья, точно также, ни слова не говоря, протянула небольшой кусок засохшего хлеба, закусить. Он кивнул и принялся энергично жевать, искоса глядя на ополовиненный сосуд с беленькой.
- С некоторых пор я жена официальная, - заявила, когда он уселся на стул и взялся за бутылку. - Имею право быть стервой. Начинать скандалить?
Мужчина изобразил широкий жест, предлагая стул напротив и поставив для нее стакан.
- Праздную, - сообщил с непонятной интонацией и принялся наливать в оба по очереди.