Элении удалось изобразить извиняющуюся улыбку и заставить себя согнуть шею, словно она была одной из этих низкопоклонствующих пиявок, которые теперь поглядывали на нее с алчностью. В конце концов, если она пресмыкалась перед Аримиллой, это доказывало только, что и другие имели на это право. Эления чувствовала на себе их взгляды, и от этого ей хотелось хорошенько вымыться. Из-за того, что ей приходилось вести себя так в присутствии Ниан, ей хотелось кричать.
– Вся благодарность, какая у меня есть, в твоем распоряжении, Аримилла. – Что ж, это не было ложью. Вся благодарность, какая в ней была, сводилась к желанию придушить эту женщину. Очень медленно. Элении, однако, пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем она смогла заставить себя произнести следующие слова: – Прости меня за промедление, пожалуйста. – Очень горькое слово. – Насин совершенно расстроил меня. Ты же знаешь, как отреагирует Джарид, если узнает о поведении Насина.
В ее голосе при последних словах сверкнуло отточенное лезвие, но эта дура только захихикала. Захихикала!
– Разумеется, я прощаю тебя, Эления, – со смехом сказала она, светлея лицом. – Тебе нужно только попросить. Джарид горяч, не так ли? Ты должна написать ему письмо и рассказать, что совершенно довольна своим положением. Ты ведь довольна, правда? Можешь продиктовать письмо моему секретарю. Это так неприятно – пачкать свои пальцы чернилами, – как ты считаешь?
– Конечно, я довольна, Аримилла. Как может быть иначе?
На этот раз улыбка не вызвала у нее усилий. Эта женщина несомненно считала себя очень умной. Необходимость диктовать письмо секретарю Аримиллы исключала всякую возможность обмана, но она могла совершенно открыто написать Джариду, чтобы он не делал ничего без ее указания, и эта набитая дура будет считать, что Эления только повинуется ее приказу.
Кивнув с самодовольной улыбкой, Аримилла подобрала поводья, то же сделали ее прихлебатели. Если бы она надела горшок себе на голову и назвала его шляпой, они все тоже стали бы носить горшки.
– Уже поздно, – произнесла она, – а я хочу выступить завтра пораньше. Повар Эделле Бэрин приготовил для нас превосходный ужин. Эления, вы с Ниан должны поехать со мной. – Это прозвучало так, словно она оказывает им честь, и у них не оставалось иного выбора, кроме как сделать вид, будто так оно и было. Пленницы пристроились по обе стороны от нее. – И Сильвейз, разумеется. Сильвейз, иди сюда.
Внучка Насина переместила свою кобылу поближе, но не стала подъезжать к Аримилле вплотную. Она поехала за ними чуть сзади, а толпа подхалимов держалась за ее спиной, поскольку их не пригласили ехать с Аримиллой. Несмотря на пронизывающий ледяной ветер, забивающийся им в плащи, некоторые из женщин и двое-трое мужчин сделали безуспешную попытку вовлечь девушку в разговор. Она отвечала им едва ли парой слов. Однако, поскольку поблизости не было верховной опоры, у которой можно было бы полизать руку, годилась и наследница, а может быть, кто-нибудь из мужчин подумывал и о женитьбе. По всей видимости, один-два из них были скорее чем-то вроде стражников или по крайней мере шпионов, присматривающих, чтобы девушка не пыталась связаться с кем-нибудь из своего Дома. Подобные люди находили это очень волнующим – прикасаться к граням власти. У Элении были свои виды на Сильвейз.
Аримилла тоже не видела никаких препятствий для разговоров, не сообразив даже того, что ее болтовню заглушает капюшон, и без умолку щебетала, пока они ехали в сгущающихся сумерках, перескакивая с кушаний, которые сестра Лира собиралась предложить им на ужин, на свои планы относительно коронации. Эления слушала вполуха, лишь бы не упустить подходящие моменты для одобрительных реплик. Если эта дура собирается простить тех, кто противостоял ей, да еще
– Вы с Ниан ведь не будете возражать, если вам придется сегодня переночевать на одной кровати, не правда ли? Похоже, здесь не хватает приличных палаток.
Она продолжала щебетать, но какое-то время Эления не могла расслышать ни слова. У нее возникло такое ощущение, словно ее кожу набили снегом. Слегка повернув голову, она встретила ошеломленный взгляд Ниан. Аримилла никаким образом не могла узнать об их случайной встрече, по крайней мере к этому времени, а если даже и узнала, зачем ей предоставлять им удобный случай сговориться? Ловушка? Их разговоры будут подслушивать шпионы? Горничная Ниан или… Или Дженни? Мир закружился, перед глазами поплыли черные и серебряные мушки. Элении казалось, что она вот-вот упадет в обморок.
Внезапно она осознала, что Аримилла спросила что-то непосредственно у нее и ждет ответа с возрастающим нетерпением. Эления отчаянно пыталась собраться с мыслями. Ага, вот оно.
