Вообще путь был в высшей степени не прост и не прям. Совершая грех, ты делал петлю; пытаясь скрыться с глаз Господа, двоил и троил след, но и тогда тебя не оставляла надежда, потому что и в этом случае это был совсем не метафорический, не аллегорический – твой и остальных путь из Египта в Землю Обетованную. Путь, проложенный со всей возможной топографической точностью, с указанием дневных переходов и привалов, ночных стоянок и колодцев, где можно было набрать воды, напоить скот, камней, по которым можно было сверить дорогу.
Первая публикация в журнале «Prime Russian Magazine» № 2 (март-апрель) за 2014 г.
Подобно другим сравнительно консервативным людям, я убежден, что эстетика и этика – одного поля ягоды, оттого с трудом представляю себе красоту без добра, милосердия и справедливости. У М. Булгакова в «Мастере и Маргарите» – как и прочее, безукоризненно – написан бал у сатаны. Насколько я помню, в комментариях отмечается, что прообразом его стало празднование Нового года в Московской резиденции американского посла – Спасо-Хаусе. Должность эту тогда исполнял Уильям Буллит, старый приятель президента Рузвельта, человек богатый, независимый и по своему отношению к жизни вполне богемный. Такое в те годы бывало сплошь и рядом. Дипмиссии редко возглавляли кадровые дипломаты, куда чаще посольства правили друзья президента и главные жертвователи на его предвыборную кампанию. Впрочем, это никому не в укор.
В свое время я не один раз пытался написать понимание мира всякого рода сектантскими учителями и пророками, считал, что без этого не разобраться в том, что происходило в России в ХХ веке. Как и пророки древности, они учили из уст в уста, и, если по Булгакову, рукописи не горят, то слово без бумаги оказалось более непрочным. В тюрьмах и лагерях канули и те, кто учил, и их последователи, не осталось ничего, только отсвет, только странное ощущение, что за совсем новым и единственно верным учением Маркса – Энгельса– Ленина – Сталина, за взявшейся невесть откуда и тут же одержавшей решительную викторию партией большевиков скрывается столь давно и столь безнадежно всеми ожидаемая финальная схватка сил добра и сил зла, Христа и антихриста. Антихрист – вот он уже.
Главное же, как и было предсказано, мы обманулись, приняли его за Спасителя и сейчас время торжества зла. Сама Земля Обетованная, наша земля со всем, что в ней было и есть, отдалась ему, сделалась нечистым царством. И все-таки нас не оставляет надежда, что конечная победа останется за Христом и супостат на веки вечные будет сброшен обратно в адскую бездну. Тогда и наступит, придет время пресветлого райского царства, будет построен научный коммунизм.
Я писал такое понимание мира, будучи убежден, что оно непоправимо утрачено, сгинуло без остатка, писал наугад, неуверенный ни в словах, ни в том порядке, в каком они должны следовать друг за другом, оттого меня так поразило, когда в обществе «Мемориал», куда с середины осени прошлого, тринадцатого года я хожу как на работу, почти каждый день – мой хороший знакомый, Борис Беленкин дал мне прочитать воспоминания Александра Евгеньевича Перепеченых «Трагически ужасная история XX века. Второе пришествие Христа»: записанные и с крайним тактом, я бы сказал, целомудренностью отредактированные (везде слышен живой голос автора) Шурой Буртиным и Сергеем Быковским. Опубликовало их издательство «НЛО».
А.Е. Перепеченых отсидел десять лет при Сталине, причем по большей части на Колыме, но и там месяцами не вылезал из БУРов – бараков усиленного режима, с их неимоверным холодом и убийственно малой пайкой за то, что отказывался работать в дни, на которые падали двунадесятые праздники. Сидел Перепеченых и дальше, при Хрущеве и Брежневе, только тогда религиозные статьи были уже спрятаны за невинным тунеядством, и он, хотя всю жизнь работал с восхода до заката, строил дома для людей и коров, то есть в тогдашнем просторечии шабашил и был известен в окрестных хозяйствах как человек в высшей степени добросовестный и умелый, был нарасхват и все равно получал срок за сроком.
Община, в которую входил Перепеченых, была частью течения истинно-православных христиан и числила себя последователями Федора Рыбалкина (по его имени они так и звались «федоровцами»), родившегося в селе Новый Лиман Богучарского уезда Воронежской области. Этот Федор Рыбалкин был солдатом на Первой мировой войне и на этой войне убит. Но потом – дело было уже после революции – в него воплотился Спаситель, Федор Рыбалкин воскрес и стал ходить по селам и деревням, уча народ истинной вере.
Федоровцы прошли через самые страшные лагеря, и те, кто выжил, окончательно освободились только в конце шестидесятых годов. Мир, в котором им довелось жить, они считали за царство антихриста, хотя сами про себя говорили, что после «Второго Пришествия» Христа на землю живут в состоянии радости, как пишет Шура Буртин, так сказать, Вечной Пасхи.
