Только редкие преподаватели могли по достоинству оценить необычные методы, предлагаемые робким студентом для решения проектных задач. Остальные видели в Узуне чудака, подменяющего реальные задачи и их решения своими неуемными фантазиями, отчего страдали его оценки. Молодой Пакл, поставивший перед собой большие карьерные цели, серьезно присматривался к идеям своего друга. Не предлагал ему оставить в стороне фантастические идеи. Скорее, наоборот, подбивал друга выдавать все больше и больше предложений.
Однажды какому-то студенту старшего курса стало жаль Узуна, и он посоветовал ему применять стандартные решения проектных задач, чтобы получать хорошие оценки – диплом-то ему нужен. Прислушавшись к совету, Узун изменил свое отношение к изучаемым темам, которые иногда казались ему весьма скучными. Результаты не заставили себя долго ждать – оценки по разным предметам становились лучше, и Узун медленно начал завоёвывать доверие у некоторых представителей консервативного преподавательского состава университета. Пакл, который сам имел хорошие оценки и в душе которого давно зародилась зависть к неординарному Узуну, решил подставить друга. Он предположил, что скоро преподаватели, которые долгое время не принимали идей Узуна всерьез, увидев, как легко ему удается справиться со стандартными задачами, в корне могут переменить отношение к другим, нестандартным идеям необычного студента. А если это случится, то, не ровен час, имя Узуна станет узнаваемым во всех научных кругах. Да, Пакла продолжают уважать большинство студентов и преподавателей. Высокий, серьезный и один из активных членов студенческого комитета. Правда, уже появились первые признаки будущей лысины. Но кто мог догадаться, что он и сам об этом переживает. Наоборот, выглядевший старше своего возраста, да к тому же невероятно дисциплинированный и ответственный, он вызывал к себе большое уважение. Однако Пакл не мог остаться равнодушным к тому, что его друг на глазах превращался из робкого фантазера в гения, пусть даже застенчивого и неуверенного в себе. Надо было остановить его, поскольку до окончания вуза оставалось немного, а дальше его, вероятно, остановить будет уже невозможно.
Студенческие вечеринки не были любимым времяпровождением Узуна, но его лучший друг Пакл настаивал: «Всегда надо быть частью общества, в котором живешь, иначе окружающие могут не воспринять твоих замыслов, как бы прекрасны они ни были». На одной из таких вечеринок, в подготовке которой он участвовал, Узун слишком много выпил. На следующий день у него странно болела голова, а надо было сдавать срочные проекты. И здесь ему очень помог его друг Пакл – мало того что он завершил свою часть работы, так еще и сделал работу за Узуна: «Сдашь ее, я сам над ней работал. А тебе впредь надо усвоить, что много пить нельзя».
Работа Узуна, сочтенная частичным плагиатом работы Пакла, наделала шуму на факультете. Некоторые из преподавателей, помнившие Узуна несерьезным фантазером, предлагали вообще исключить его из университета, предположив, что и предыдущие его положительные оценки были результатом не его труда, что может нанести серьезный ущерб имиджу вуза. Для принятия окончательного вердикта о его участи решили поинтересоваться мнением его друга Пакла и сообщили ему, что собираются исключить Узуна.
Пакл в душе торжествовал: его друга-соперника собираются уничтожить. Чем не праздник для победителя! Но такой серьезный человек, как Пакл, не стал радоваться публично. Он будет отмечать свою первую настоящую победу наедине с собой. Да и об идеях Узуна, которыми можно будет воспользоваться, не следовало забывать. Поэтому он предложил преподавательскому совету следующее:
– Я считаю, что лучше дать Узуну окончить наш славный университет. Он обивал его пороги уже несколько лет и был неплохим студентом, а его резкое исключение может создать ненужную шумиху. Ведь снисхождение еще не означает прощения его ошибок. А без рекомендации университета ему не позволят заниматься наукой в стратегических центрах. Вот рекомендацию можно и попридержать.
Совет Пакла, зрелого не по годам человека, пришелся по душе руководству. И сам он был очень доволен: его сочли равным, а его совет – разумным.
«Любая задача, любая цель должна быть точно сформулирована и изложена в письменной форме. Задача, которая ставится лишь в устной форме или в уме, нестоящая задача. Это бытовые препятствия, которые не стоят записи. Человек характеризуется не решенными им бытовыми проблемами, а достигнутыми целями», – решил Пакл и начал вести свой журнал задач, записи в котором делал собственноручно.
