Дальше все пошло, как по маслу. Эммет, наконец, выпустил из рук пальто, которым до сих пор прикрывался, как шерстяным щитом, и взял в руки начатый пакет чипсов. Джастин же посетовал на то, что по несчастному стечению обстоятельств из напитков он может предложить Эммету только стакан воды из-под крана. Да и то придется подождать несколько минут, пока сольется первый ржавый поток. О Дебби ни один из них ни разу не упомянул. Собственно, как и о Майкле и Брайане. Так что, вероятнее всего, Эммет все же пришел с визитом вежливости, а не с целью произвести разведку боем. Джастина это очень устраивало, потому что он пока сам еще не решил, что ему делать со всей этой ситуацией – «я втайне оплатил твое обучение». Он не хотел брать деньги у Брайана. Почему-то это казалось ему чем-то сродни проституции. Нелепо, конечно, Брайан ведь ничего не ждал от него взамен. Но от этого почему-то было еще хуже.
Потому что… Потому что он хотел доказать, что способен решать свои проблемы сам. Ну, блядь, хоть раз в жизни! Чтобы Брайан смог в этом убедиться.
Черт, да он уже и сам теперь не знал, чего хотел.
И все равно снова общаться с Эмметом было приятно. Ему каким-то образом удавалось вести себя с Джастином, как с равным, и в то же время как с младшим братишкой. Кстати говоря, никто толком не знал, были ли у Эммета младшие братья или сестры. Эммет рассказывал множество историй про свою оставшуюся в штате Миссисипи родню, но Джастин подозревал, что по крайней мере половина из них - выдумка. С недавних пор он знал, что лгать иногда бывает легче, чем говорить правду, а потому вполне понимал Эммета.
Когда Эммет, наконец, направился к выходу, крысомышь показался снова. Сначала он осторожно высунул нос из-под импровизированного стола, затем вылез наружу, присел посреди комнаты, понюхал воздух и принялся тереть лапками лицо.
- Какое бесстрашное создание, - заметил Эммет почти с восхищением.
- Ну просто иногда я его подкармливаю, - ляпнул Джастин.
Черт, его единственным оправданием было то, что с Эмметом было так легко и спокойно. Вечно он, расслабившись, болтал, что в голову взбредет. Эммет покосился на него с недоумением и спросил:
- В смысле – намеренно?
- Ну да. А что? Он симпатичный. Он приходит ко мне, я даю ему кешью, и он хватает его своими лапками – ну прямо как маленький человечек. Ммм… в общем, вот, как-то так.
Эммет посмотрел на него так, словно он только что предложил ему пойти на «Фиделио» вместо концерта Мадонны.
- Джастин… может быть, тебе не стоит проводить так много времени одному?
- Эммет, я понимаю, Дебби попросила тебя проверить, все ли у меня в порядке. Но, ей богу, у меня все отлично.
Эммет даже не стал отрицать, что его отправила сюда Деб.
- Но ты подкармливаешь грызуна-вредителя, который к тому же может быть переносчиком бешенства.
Вот что ему всегда нравилось в Эммете – тот в такие моменты всегда говорил искренне. Его тонкая душевная организация вполне могла вынести немного откровенности. Вот Линдси бы в такой ситуации пригласила его немного пожить у нее, а сама бы тем временем напустила к нему в квартиру бригаду по истреблению грызунов.
- Майки вовсе не вредитель. Он практически личность. К тому же крысы очень легко идут на контакт с человеком. Вспомни только Майкла с его Беном.***
- Ну я бы не стал называть Бена крысой. Нет, конечно, он довольно жестоко поступил с Майклом, но все же…
Джастин привычно усмехнулся, делая вид, будто не замечает возникший в желудке холодок. Шею немедленно сковало напряжением, и он попытался размять рукой онемевшие мышцы.
- Я имел в виду Майкла Джексона.
- О. Понятно. Но, видишь ли, эта история только доказывает правоту моих слов, - Эммет мягко улыбнулся, а затем обнял его рукой за плечи, привлек к своей груди и погладил по спине на прощание. – Милый, мы с Тэдди очень рады были бы видеться с тобой почаще. Так что если вдруг тебе захочется пообщаться с теми, кто пока не оброс шерстью…
А потом он ушел. И в квартире снова остались только мальчик и его мышь.
***
Итак, у него была проблема. Он не мог позволить Брайану платить за его образование. Ни за что. Ни при каких обстоятельствах. На то было множество причин. Список их начинался с «моя гордость мне этого не позволит» и заканчивался « если я приму от него деньги, мне сложнее будет о нем забыть. (Господи, я вообще-то думал, что уже о нем забыл!)». А кроме того в него входило еще множество причин, которые он просто не мог облечь в слова. Он просто знал, что это неправильно. От одной мысли о том, что Брайан будет за него платить, у него начинало так печь в желудке, что приходилось вдавливать в живот кулак, чтобы не… Ну вероятно, чтобы не блевануть, хотя так далеко дело пока все же не заходило.
