– А разве мы не поняли в общих чертах Божий замысел? Поняли. И наша главная молитва, наше богослужение – это как можно большее проникновение в этот замысел. Но этот замысел виден из законов созданной Богом природы. Следовательно, познание природы и есть главное наше богослужение.
– Короче, учиться, учиться и учиться, – со своей всегдашней ернической ухмылкой заметил Алекс.
– Дружище, ты не представляешь, насколько же ты прав. Несмотря на твой скепсис. Наше богослужение – это наша учеба в естественно-научных и технических ВУЗах. А наше подвижничество – участие в проектах, направленных на уничтожение политики, как таковой, на снятие всех оков с мастеров и творцов.
– Но мы же должны выйти к толпе с некими обрядами и верованиями, коль скоро мы создаем религию, – уже серьезно заметил Алекс.
– Алекс, помнишь, как мы проводили мероприятие в провинции? – напомнил профессор один эпизод из их совместной политической карьеры. Эпизод, во время которого они и познакомились. Это был молодежный праздник в неоязыческом стиле, на котором попытались создать некое радикальное движение. Движение так и загнулось, не создавшись, зато разговоров о нем было полгода.
– Да, – ответил Алекс.
– Помнишь, сколько о нем говорили потом в тусовке?
– Помню.
– А почему, дружище? Там что, было что-то особо умное?
– Ваше выступление, например.
– Брось, дружище. Мое выступление не произвело и сотой доли того впечатление, который произвел, якобы националистический, рок, а еще больше – стриптизерши из подтанцовки. Мысль ясна? Много пива и лихих подружек. Поменьше проповедей. И массовка пойдет в наши «храмы». А из массовки мы уже выудим нужных людей. А если еще обратиться к нашим коллегам по психотехнологиям… У них тоже много неиспользованного ноу-хау.
– Много денег возьмут, – заметил Алекс.
– Решим в рабочем порядке. И тут, кстати, мы переходим ко второй структуре реализации нашего проекта. Мы должны собрать молодых технократов с прорывными ноу-хау в столе. Типа нашего товарища, Вани. Конечно, таких гениев как Ваня не так уж много, но нам нужны не только гении, но и таланты, и просто добросовестные техники.
Посему, создаем общественную, не политизированную организацию «Союз русских инженеров». Но будем работать, в основном, с выпускниками и студентами последних курсов. МАИ и МИТХТ у нас здесь присутствуют.
– И МИФИ, – подал голос Женя.
– Чудесно. Собственно нам и нужно МАИ, МИТХТ, МИФИ. Желательно, конечно Бауманку и Физтех. Но там ребята или, как в Физтехе, еще верят в свою элитарность и надеются на что-то принынешнем гнусномположении вещей, либо, как в Бауманке, слишком растащены многими политизированными структурами. Впрочем, кое-кого мы можем уловить в свои сети и от них.
– А родной МГУ не забыли? – спросил Женя.
– Дружище, МГУ – это отдельная вселенная. Его нельзя рассматривать целиком. Я бы на первых порах остановился на геологах. Причем не только из МГУ, но и из МГРИ.
– Почему так? – искренне удивился «юморист».
– Потому что геологи – это черная кость, то есть наши люди. А потом, у них очень хорошая военная кафедра. Они саперы-подрывники.
– Браво! – зааплодировал Алекс.
– Алекс, не ехидничай. Ты-то об этом давно знаешь. С тобою говорено, переговорено.
– Все равно, браво. Хорошо смотрится проект, что называется, «в сборке». Но не забудьте второй эшелон. Горняков, стали и сплавов, МИРЭА, да и наш родственный авиационно-технологический, гражданской авиации, МИИТ, энергетиков различных, связистов и другие.
– Чудесно, Алекс. Этим ты и займешься. Сначала на уровне установления связей с нашими соратниками. Действующими и потенциальными. А потом уже более вдумчиво.
– Погодите, – сказал Вадим. – Ну, создадим мы этот союз молодых инженеров…
– Союз русских инженеров, – уточнил профессор.
– Да, но, по сути – союз молодых русских инженеров. Даже свяжемся с родственными ВУЗами и ребятами в регионах. А дальше- то что?
– С инженерами будем работать – и по линии союза, и по линии новой конфессии. В конце концов, мы создаем новую религию для технократов. И потом, опять же перебор и подбор. В итоге мы должны иметь хотя бы по одному нашему молодому инженеру, убежденному нашему адепту во всех потенциально перспективных местах.
– Это в министерствах? – недоуменно спросил «юморист».
– Нет, на хрен нам министерства в момент кризиса. На рубильниках, стрелках, заправках, в диспетчерских, в узлах связи и так далее и тому подобное. Понятно?
– Теперь да.
– И только? – спросил Вадим.
– Молодец. Нет не только. Через союз русских инженеров мы станем развивать детское и юношеское техническое творчество.
– Зачем!??
Удивление Вадима было безмерным.
– Это вам, коллеги, объяснит Алекс. Впрочем, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Хотя, вы, наверное, можете догадаться, на что способен тот же Ваня во главе кружка «Юный химик».
