В одном из дальних домов этого же дачного поселка дежурила женщина, сейчас это была Татьяна, которая следила за домом. Она должна была в экстренной ситуации взорвать его, как только из него уйдут свои. Если, конечно же, им придется уходить экстренно.
Кроме этого, вокруг поселка были установлены пикеты и посты, скрытые в лесу.
Никто не ожидал подвоха, и все были настроены на обсуждение политических вопросов. Хотя пока не раздевались и были экипированы для лыжного перехода.
Не успели они разместиться вокруг большого стола, как поступил сигнал тревоги. Все быстро вскочили, похватали оружие, надели лыжи и помчались к ближайшему лесу. Их спасло то, что вечерело, и пошел снег.
Татьяна внимательно следила за домом издали. Тот дом, в котором она находилась, был оформлен на нее, и она была с точки зрения закона в полном порядке. Впрочем, и из ее дома вел короткий подземный ход за пределы участка, в близлежащий лес. Она еще раз поразилась, как предусмотрителен был Интеллектуал, не жалея денег на обустройство тропы.
Многочисленные вооруженные люди в вечерних сумерках окружили дом. В нем горел свет, и за закрытыми шторами двигались какие-то тени. Это вертелись легкие надувные конструкции, направление движения которых иногда корректировала Татьяна, нажимая кнопки на пульте. Было полное ощущение, что в доме кто-то есть.
Штурмовая группа бесшумно вломилась в дом. За ней последовали остальные. На улице остались только те, кто по расписанию и не должен был проникать в «бандитское логово».
Татьяна набрала на мобильнике номер.
Начиненный взрывчаткой дом взлетел в воздух. Одновременно взорвались несколько глубоко заложенных по периметру участка и во дворах окрестных усадеб мин. Почти все нападавшие погибли. Даже большинство из тех, кто стоял на улице.
В доме, где находилась Татьяна, вылетели все стекла. У нее заложило уши. Она немного помотала головой, приходя в себя, и вышла через подземный ход. Немного прошла по заснеженному лесу, села на спрятанный под елью снегоход, завела его с третьей попытки и уехала. Перед этим сделав несколько звонков по мобильному телефону. Сеть МТС в этих местах еще работала.
Действительно, Боги покровительствовали своим внукам. Колонна не заблудилась в лесу. И теперь им осталось только забраться на склон, пересечь небольшое, не более километра шириной, поле, углубиться в лес и, пройдя по накатанной тропинке, еще с километр, попасть на замерзшее болото, где их ждал самолет с уже прогретым движком.
Колонна уже начала, было, подъем, когда Интеллектуал сказал Бате:
– Осталось не так много. Как ты считаешь, не лучше ли поставить на этом склоне мины, что тащит Сапер и его команда? Дальше их все равно негде ставить. И незачем.
– Ты прав, Экселенц, – Батя теперь тоже так называл профессора, что было последнему весьма лестно.
Полковник отдал соответствующие указания. Все кто могли, согласно, пусть и экспромтом составленному, но, в целом, профессиональному, боевому расписанию, быстро занялись своими делами. Когда они закончили и забрались на склон, перед ними открылась во всю ширь и глубь залитая ярким лунным светом долина. По этой долине, километрах в двух по их лыжне катила цепочка лыжников.
– А ты как в воду глядел, – сказал Батя. И скомандовал.
– Капитан, вперед, торишь лыжню, Экселенц, пойдешь за мной. Все за Экселенцем. Замыкающие, Майор и Сапер. В случае, если их не остановят мины и они выйдут на поле до того, как мы войдем в лес, Майор, остановишь их на кромке склона. Но не задерживайся. Мы тебя прикроем из леса, а ты ходу за нами. Все, наддай, экстремалы!
Все бросились к лесу. Им оставалось до опушки метров сто, когда сзади раздались взрывы.
– Нарвались, суки! – сказал Батя. И скомандовал:
– Ходу, экстремалы, еще немного!…
Они углубились в лес, когда на поле еще не вышел ни один из преследователей. Вероятно, те опасались новых мин и тщательно разведывали склон, прежде чем идти дальше.
– Теперь они и по лесу будут осторожничать. Не догонят! Жаль, что больше нет мин.
– Есть, Батя, – сказал Алхимик.- Я ее специально с собой вожу. Собственного изготовления, на крайний случай.
– Сапер, Алхимик, Вояка – поставьте изделие Алхимика на лыжне, в лесу, метрах в ста от опушки.
– Теперь точно не догонят, – сказал он. – Или нарвутся, или застрянут и будут всю лыжню разведывать.
– Хорошо им было, блядям, по нашей лыжне катить, теперь пусть покорячатся, – сказал Интеллектуал.
– Прекратить разговоры. Вперед! – скомандовал Батя. Он был прав. Сейчас не до комментариев. Даже если эти комментарии вздумалось давать Интеллектуалу. Сейчас здесь командовал Батя.
Они ввалились в самолет, взмыленные как кони после скачки. Их милый, любимый, обожаемый после короткого разбега сразу взмыл в воздух. Шумно отдуваясь, они устраивались в салоне. Самолет, как всегда, шел на сверхмалых, то над вершинами деревьев, то проваливаясь в долины и несясь над самой землей, над замерзшими реками. И было непонятно, то ли они летят на самолете, то ли несутся на аэросанях.
