Руки Ланегана дрожали. Он взял хлеб и обмакнул его в миску с тушеным мясом. Половина куска упала на пол, когда священник попытался положить его в рот.
– Попробуй еще раз, – сказал Джефф.
Они сидели, пока Ланеган не прикончил миску. Его потерянный взгляд был похож на взгляд побитой собаки.
Джефф налил пленнику немного воды.
– Пей.
Ланеган пил, и теплая вода стекала по подбородку на черную одежду.
– Да что с тобой такое? – спросил Джефф и вытер мужчину.
Ланеган, казалось, нашел что-то забавное в этом замечании. Сухая кожа на его лице расползлась в полуулыбке.
– Значит, ты все еще с нами?
– Я здесь, – ответил Ланеган. Сила его голоса удивила Джеффа.
– Тогда мы можем закончить, – произнес Джефф и заметил, как на лице Ланегана появилось облегчение. – Я хотел спросить, – теперь, когда ты больше не священник, ты все еще можешь слушать исповедь?
– Я все еще частично рукоположен, так что иногда могу выслушать исповедь.
– Хорошо, – кивнул Джефф. – Благослови меня, отец, ибо я согрешил. Прошло тридцать пять лет с моей последней исповеди. Вот мои грехи.
Финч позвонил, когда Луиза и Грег выходили из дома Фарнхэма.
– Тимоти? – спросила Луиза и заметила ухмылку Фаррелла.
– Где ты, Луиза? – возмущенно спросил Финч.
– Веду дело как старший следователь. А что такое?
Луиза услышала его резкий вздох. Финч, возможно, и был ее начальником, но формально Блэкуэлл все еще находилась в должности старшего следователя. Вот почему она ненавидела командные интонации Тимоти.
– Я надеялся, ты сможешь вернуться в офис. У меня возникли некоторые проблемы с этим монсеньором Эшли.
Видимо, Финчу было трудно говорить таким миролюбивым тоном, и она представила, как он морщится.
– Какие именно проблемы? – поинтересовалась инспектор.
– Во-первых, он не отвечает на звонки. Во-вторых, я поговорил с главой епархии и узнал, что Эшли официально больше не служит в церкви.
– Он работает консультантом, Тим. Эшли был в церкви Святого Михаила на поминках отца Маллигана. Он разговаривал с приходским священником, отцом Райли.
– Вполне может быть, но монсеньор Эшли не отвечает на мои звонки, и у меня нет его адреса.
Луиза достала из бумажника карточку монсеньора. На ней не было адреса.
– Я позвоню ему, – ответила инспектор и повесила трубку. – Пошли, – сказала она Фарреллу.
Посторонние из штаб-квартиры заставили Луизу почувствовать себя еще более загнанной в ловушку в приморском городе. В отличие от нее, когда дело будет закончено, они сбегут в Бристоль. Фаррелл добрался до конца Фарнхэм-роуд, до продуваемой всеми ветрами набережной, скрытой из виду, и Луиза признала, что, возможно, ей никогда не выбраться из этого городка.
Поток усилился, когда Фаррелл покинул город и направился в сторону Брин-Даун. Был только час дня, но небо потемнело, а густые облака закрывали солнце, которое Луиза почти не видела за последние несколько дней.
– Должно быть, тяжело опять работать с Финчем, – снова заметил Грег Фаррелл ни с того ни с сего.
Он улыбался и медленно следовал вверх по извилистому склону. Еще вчера Луиза могла что-нибудь углядеть в этой улыбке, но теперь начинала относиться к Фарреллу по-другому и сказала себе:
– А разве не говорят: «Никогда не зарекайся»?
– У вас ведь нет особого выбора, – отметил Грег.
Это было правдой. Луиза все еще служила в полиции Эйвона и Сомерсета, так что следовало ожидать: в какой-то момент это произойдет. Тем не менее все так же трудно смириться с тем, что Финч и его подчиненные заняли ее место.
Фаррелл хотел сказать что-то еще и остановился. Нерешительность Грега была настолько очевидна, что выглядела комичной.
– В чем дело?
– Вы можете предупредить, если это не мое дело, шеф… – пробормотал он.
– Не уверена, что мне нравится, к чему это ведет, но продолжайте.
– Старший инспектор Финч…
– Так.
– Я слышал, что-то произошло во время дела Уолтона. Эта… стрельба.
– Не сомневалась, что новости дойдут даже до Уэстона, – сардонически произнесла Луиза. – Хотите знать, что произошло на самом деле?
– Это же не мое дело.
Блэкуэлл хотела согласиться с ним, но прошло уже больше восемнадцати месяцев. Возможно, пришло время разрушить некоторые из мифов, циркулирующих в участке о ней.
– Вы не хуже меня знаете, что сделал Уолтон. Мы увидели тела, когда приехали, – начала Луиза и вспомнила запах той ночи, как будто вновь вернулась на ферму. – Впрочем, какими бы ни были его преступления, Грег, я бы никогда не выстрелила в него, если бы не думала, что он вооружен. Мы находились в очень непростом месте, почти в полной темноте, и Финч сказал мне: у него при себе пистолет. Я знала, на что способен Уолтон, поэтому застрелила его. Все очень просто.
Фаррелл кивнул и постучал по рулю. Он не смотрел Луизе Блэкуэлл в глаза.
– Да, но почему, вы думаете…
– Почему Финч сказал так? – подсказала она.
Впервые за несколько минут Фаррелл посмотрел в ее сторону. Грег улыбался, и Луиза не увидела в его улыбке никакого подтекста.
– Да, почему он это сделал?
