— Он жив, но сейчас он спит, так нужно, он сильно пострадал в бою и нарушил тишину на тропе. А за это он будет наказан и по-настоящему лишится голоса, временно. Но придет время, и он найдет тебя, он дал слово защищать тебя, и слово он свое сдержит, — ответила мне моя собеседница на незаданный вопрос, и я, с облегчением вздохнув, хотела задать главный вопрос, но она, улыбнувшись, кивнула и начала рассказ:
— Триста лет назад в этот мир пришли могущественные маги и стали искать в проклятых горах какой-то очень древний артефакт, в котором заключена великая сила. Они убивали всякого, кто им пытался помешать, и даже случилась великая битва, и многие погибли, но союзу магических существ и людей удалось одолеть пришлых магов и захватить их артефакт. От него исходила странная, непознанная энергия, и было решено скрыть этот артефакт в корнях древа Жизни в храме тишины, что располагается в Вековечном лесу. А чтобы никто не смог до него добраться, было решено создать стража, могучего воина и мага, ученого и мыслителя, такого стража, которого никто не сможет одолеть. Были собраны двадцать одна душа самых сильных, могучих и опытных магов, воинов, ведьм и колдунов, правителей и ученых. Всех их нужно было поместить в одного человека, в человека с неопределенной судьбой, но тогда такого человека не нашли и души были помещены в шкатулку и спрятаны в сундуке с еще двумя артефактами. Но со временем сундук исчез и где он находится, никто не знал. Да и угроз извне не появлялось больше, а о спрятанном артефакте почти все забыли. А вот недавно стали происходить странные события, кто-то подталкивает людей со слабыми душами, но наделенных властью, уничтожать храмы Тишины. Темные маги стали рыскать по миру в поисках сосуда с душами и подталкивают их к этому не только твари из бездны, но и их извечные противники. Светлые, покровительствующие инквизиторам, вдруг как с цепи сорвались, и губят людей направо и налево, и все ради сосуда. Хотя, мне кажется, это только первый шаг, как только сосуд будет уничтожен, они возьмутся за артефакт. Боюсь если тебя уничтожат, то и нашему миру придет конец, они никого не пощадят, уничтожают всякого свидетеля, что сможет поведать о том, что в этом мире происходило.
— И что я должна сделать? — неуверенно спросила я.
— Найди артефакт и забери его из нашего мира, — ответила женщина. — Спрячь его там, где никто его не найдет, уничтожить его невозможно, но ты можешь его скрыть от всех. Для того в тебе столько душ и сидит, ты придумаешь, как это сделать.
— Значит, я должна уйти? — с грустью спросила я.
— Да, так ты спасешь своих друзей и этот мир, — тихо произнесла женщина и, ласково погладив меня по щеке, добавила, — может, твои друзья захотят пойти с тобой?
Я молча посмотрела на валун перед собой и услышала, как в моей голове заворочались души тех, кто пожертвовал собой ради спасения мира Тон-Тон. Они шептали, уговаривали, умоляли и приказывали мне выполнить свой долг и я, вздохнув, молча кивнула.
— Не волнуйся, ты не останешься одна, — Заверила меня женщина, протягивая мне маленький медальон из черного камня. — Когда станет совсем плохо, позови мою дочь, и она тебе поможет. А сейчас тебе пора, пора тебе, пора…
— Поля, Полюшка, да очнись же ты!!! — услышала я голос Акаи и, моргнув, увидела ее заплаканное лицо и встревоженные лица Захара и Сарима.
— Очнулась, — облегченно произнес Сарим и отошел в сторонку.
— Как ты? — спросил Захар.
— Наверное, нормально, а что произошло? — спросила я и, увидев счастливую улыбку подруги, села и огляделась.
Мы были в какой-то пещере, а вход в нее затягивал защитный полог, за которым, пощелкивая клешнями, стоял огромный, просто гигантский скорпион.
Глава девятая
25 июля, Магическая пустошь в горах Зир–Тон, озеро Лун–Лун
– Так значит, он жив? — спросил Сарим, и недоверчиво покрутив в руке карточку Бор Бара, вернул ее мне.
– Если верить той женщине, то да, — ответила я, и надела на шею кожаный шнурок с подвеской из черного камня.
– Лучше сними эту пакость, и никогда не призывай ее! — строго сказал Сарим.
– Почему это? — одновременно спросили я и Акая.
– Женщины, призвавшие Морошу, будут прокляты, и в посмертии будут обречены на муки, — произнес Сарим явно не свои слова.
– Да? А мучиться при жизни с мужем, который бьет ни за что ни про что, значит, не мучение?! — спросила я рыцаря и он, поморщившись, пожал плечами и отошел к входу в пещеру.
– Значит ты была в обители предсмертия? — восхищенно спросил Захар. — Говорят, туда могут попасть только сами боги!
– Не знаю, где я была, но место жуткое и мрачное, и больше я туда попадать не хочу, — ответила я и снова посмотрела на рыцаря.
Сарим стоял, опершись плечом о стену, и рассматривал уже трех скорпионов, стоявших у выхода из пещеры, они нетерпеливо шипели друг на друга, но, похоже, уходить не собирались.
– Может, магией их? — спросила я у Акаи, но та отрицательно покачала головой.
