-энергией в том месте, где и так уже почти полностью осушила маго-потоки, я не стала, и решила попробовать разобраться в магии шкатулки, из-за которой меня могли лишить двадцати одного наставника. Шкатулка была создана так, что все ее маго-конструкции были спрятаны и замаскированы так, что я не могла рассмотреть заклинание целиком, а только частями и из-за этого я не могла понять как все это устроено. Мне приходилось вытягивать маленькую часть заклинания и цеплять его магическими гвоздиками, потом тянуть другую часть. Аккуратно, надеясь ничего не повредить и не активировать систему безопасности заклинания. А она была, и очень сильная. В случае ее срабатывания душу из меня высосет за доли секунды и навсегда запрет в шкатулке, а я, скорее всего, стану двадцать второй душой. Поэтому я не торопилась и чувствовала, как души во мне напряглись и нервничали из-за того, что я решила так рискнуть. Но мне нужно было избавиться от шкатулки, я не хотела всю жизнь бояться, что она попадет не в те руки, и потому я аккуратно и терпеливо распутывала и раскручивала заклинание. И вот к вечеру, вспотевшая от напряжения и уставшая как никогда, с трясущимися руками, я развернула заклинание и увидела, что оно простое до безобразия. Мне нужно было лишь развязать четыре маго-узла на подачу энергии, и заклинание рассыплется, но я не стала этого делать, вместо этого я стала изменять заклинание так, чтобы тот, кто попытается остановить меня, сам бы попался в ловушку шкатулки, причем не только душой, но и телом. И когда я захочу, я бы смогла освободить злоумышленника живым и здоровым. Я вплетала в заклинание новые узлы-установки и чувствовала себя в этот момент паучихой, плетущей свою паутину. Настроение мое улучшилось, я наслаждалась процессом, и потому не сразу почувствовала, как затихли души моих наставников, как они затаив дыхание смотрели на мою работу, и вот, когда я, наконец, закончила переделывать заклинание и аккуратно свернула его как было, то спросила их:
– Ну, как вам такая магия? Я могу перейти во второй класс?
– Мне кажется, ты можешь поступать в академию магии, — прошептал кто–то из магов. — Если бы я был жив, я бы все сделал, чтобы ты поступила в нашу академию. У тебя уровень маго-резервуара как у меня. А я архимаг высшего уровня!
Я хотела что-то сказать, но лишь булькнула горлом и закашлялась.
– Я бы все отдал за такую ученицу! — прошептал еще один наставник, и я почувствовала, что краснею.
– Ну-ка тихо! — вдруг рявкнула старая магичка-погодница. — Сейчас перехвалите, и она наломает дров! Девочка хоть и сильна, как тот буйвол, а только знаний в ней шиш да маленько. Ей учиться и учиться. Сейчас она в основном действует на инстинктах и на нашем опыте. А ей нужны свои знания и опыт, так что прекратили хвалить и забивать голову малышки всякими неправильными мыслями. Лучше давайте разберем те огрехи и грубость узлов, что она натворила при создании сферы и щита.
– Может, завтра? — взмолилась я, — Поздно уже, мне возвращаться в храм надо.
– А ты ножки переставляй да слушай, думаю это несложно для человека с твоим уровнем интеллекта! — Строго сказала старуха, и я зашагала к храму.
1 августа того же года, лес королевства Лин–Си–Тон, река Тонкая и Вековечный лес
В то утро карточка Бор Бара, всегда лежавшая в кармане моих брюк, неожиданно нагрелась так, что я взвизгнула от неожиданности и боли. Захар и Акая выхватили оружие и стали глазами искать опасность. Но я достала из кармана мгновенно остывшую карточку и прочла:
— Пора в дорогу.
— Нам намекают, что мы засиделись на месте, — тихо сказала я и показала карточку друзьям.
— Я, кстати, тоже хотела предложить отправиться в путь-дорогу, — сказала Акая. — Хватит нам тут отсиживаться, до реки Тонкой недалеко, а по ней мы быстро доберемся до Вековечного леса.
— На чем поплывем? — спросила я.
— Плот построим, это несложно, и на люди выходить не надо, — ответил Захар. — А значит, никто не узнает, где мы.
— Тогда решено? Завтракаем и в путь? — спросила я.
— Значит, в путь, — подтвердил Захар.
— Вот только мы так и не решили, что будем делать в Вековечном лесу? — спросила я у друзей.
— Вначале выполним обещание, данное Мороше, — твердо и мрачно сказала Акая, а я вздрогнула.
Я так и не смогла рассказать друзьям, что за цену мне придется заплатить за спасение сестры Мороши, и они не поняли моей реакции.
— Ты чего дрожишь? — спросила Акая.
— Нормально все, просто предчувствия у меня нехорошие, — ответила я, и Акая понимающе улыбнулась.
— Они у нас у всех нехорошие, так что не переживай, главное, мы вместе, и мы справимся с предчувствиями твоими, обязательно справимся, — успокоил меня Захар и помог мне закинуть в тарелку большой кусок отварного мяса. — Ешьте как следует, когда еще горяченького поесть удастся…
