— Надо было всё же вызвать коменданта. — пробормотал он — А, нафиг! Разберусь сам. Лишь бы не забывали вовремя присылать уборщицу или кто тут положен по штату. Ага! Моя квартира должна быть именно в этой парадной. И какой это этаж? Может спросить кого?
Но спрашивать не потребовалось: на синей эмалевой табличке, укреплённой справа от двери, обнаружилась белая цифра 26, и была она во втором ряду снизу.
— Это они молодцы. Не надо гонять моё превосходительство по бесконечным ступенькам. Но кое-что мне сделать следует. Да, следует. Пункт первый, это лифт. Пункт второй это заводы сжиженного газа и газовые цистерны во дворах домов, чтобы снабжать котельные и газовые плиты по всему городку, а там глядишь, и до гражданских жилых районов дело дойдёт.
Вынул блокнот и записал вполне своевременные мысли, а то случалось забывать такие важные мелочи. Он-то что? Печкой в доме он сам заниматься не будет — на то есть солдат-дневальный. Не будет заниматься ни стиркой, ни готовкой, на это тоже есть прислуга. А людям жить в таких домах всю жизнь, так почему не сделать эту жизнь чуть комфортней? Сразу пометил и другую вещь: следует накрутить хвост химикам, чтобы как можно быстрее создавали пластик для труб холодного и горячего водоснабжения. Ну её нахрен эту сталь, что чёрную, что оцинкованную: нужен прочный и практически вечный пластик.
Квартира оказалась вполне приличной: трёхкомнатная, с двумя спальнями и гостиной. Ничего так, скромно, но весьма прилично: на полу отлично навощённый паркет, потолок белый, стены оклеены приличными обоями, сантехника от «Полярной звезды». Мебель уже расставлена, причём это не прессованные опилки из будущего, а настоящий массив, фанерованный ценными породами дерева, в данном случае орехом. На каждом предмете мебели приколочен жестяной овал с выбитым инвентарным номером. Александр даже умилился — такой привет из той его жизни! В таком далёком и невозвратном детстве он лазил под столами и стульями, записывал номера, а потом расставлял стулья в порядке очередности номеров. А взрослые почему-то не замечали его кропотливой работы, и во время застолий вечно перемешивали стулья как попало.
В правой спальне стояла большая, наверное, не двуспальная, а трёхспальная кровать. Бельё застелено прекрасное — настоящий тверской лён, супруга в той жизни предпочитала именно его. Во второй спальне стояла односпальная кровать, и Александр определил своё место именно здесь. На прикроватной тумбочке даже имелась подставка для книги — видимо служащие квартирного управления решили позаботиться об удобстве чтения в постели.
— Спасибо дорогие, угодили! Я действительно принадлежу к славному племени либрокубикуларистов[1].
Заглянул в чемоданы, стоящие у двери — пустые. А вот содержимое чемоданов аккуратно развешено и разложено в шкафу. Раз такое дело — отправился в ванную комнату, а там необыкновенно приятный сюрприз — фитобочка! Эти устройства не так давно стал выпускать большой завод в Барнауле.
