Откровенно говоря, попадать в Германию не имея официального статуса несколько рискованно. В этой стране есть далеко не нулевой шанс, что военная или флотская разведка, а не они, так организации или отдельные граждане попытаются поиграть в собственные игры. Причём совершенно очевидно, что упомянутые службы, организации или личности зачастую действуют в интересах двух-трёх, а то и большего количества закулисных бенефициаров.
Уже над островом, в окрестностях какого-то крупного города за «Фрегатом» увязалась тройка стремительно устаревающих «Стрижей», но Александр не стал играть с ними в кошки-мышки, а просто ушел в облака. Поднявшись над облачной равниной, он перевёл моторы на экономический режим, и повернул на северо-восток.
Полёты над Северным морем нынче опасны — акватория буквально покрыта корабельными соединениями противоборствующих сторон, и наиболее опасными для одиночных самолётов являются боевые корабли, усеянные зенитными средствами самых разных калибров. В эту эпоху развитие зениток пошло значительно быстрее, крупно, средне и малокалиберные орудия теперь выпускаются серийно, и «Полярная звезда» тоже приложила руку к гонке вооружений. Скажем, зенитки самого разного калибра строятся бешеными темпами. Масштабы производства особенно увеличились поле того, как в недрах орудийного КБ были созданы дешёвые, технологичные и очень удобные лейнеры — вкладные стволы для пушек. Лейнеры позволили делать сами стволы из обычной стали, так что орудийная теперь расходовалась крайне экономно, а замена вкладной части могла производиться в любой полковой ремонтной мастерской. И вдруг, как по мановению волшебной палочки появилась возможность производить столько пушек, сколько нужно, благодаря чему их натыкали даже на маломерные калоши. Беда лишь в том, что технологию очень быстро даже не украли, а разработали самостоятельно все враждующие стороны имеющие хотя бы относительно развитую промышленность.
Поэтому Александр по большой дуге огибал все корабельные отряды, а паче того — соединения боевых кораблей. Особенно он опасался авианосцев, поскольку истребителей на плавучих аэродромах много, и эти машинки куда более скоростные, маневренные и скороподъёмные чем его глубоко гражданский «Фрегат», на котором для увеличения ресурса даже были установлены дефорсированые двигатели. От неприветливых взглядов Александр до поры скрывался за высокими облаками, стараясь как можно быстрее пересекать открытые участки. Его замысел мог бы увенчаться успехом, но откуда ни возьмись, вынырнули две тройки истребителей с английскими кокардами на крыльях и хвостах. Англичане приблизились к «Фрегату» и командир одной из троек принялся яростно жестикулировать.
Понятно чего он хочет: следует не брыкаться, что очевидно бесполезно, а лететь под конвоем туда, куда укажут. Причём точка посадки совершенно неважна — у борта авианосца или на сухопутный аэродром в Голландии или Англии, всё равно это плен и масса крайне неприятных вопросов дознавателей. Пилоты о том не знают, но Александру-то отлично известно, что он вряд ли переживёт этот визит. Да и переживёт — всё равно вспоминать этот период ему будет больно и обидно. Ещё обиднее то, что его перехватили над Ваттовым морем — частью Северного моря, отгороженной от основной акватории цепочкой Фризских островов. Хм… Название Фризские, случайно не идут от слова «замораживать»? Впрочем пока эти острова выглядят вполне тёплыми — эвона, даже какая-то растительность видна, да и птиц тут несметная сила. Птичьи стаи так густы, что видны даже с высоты в шесть километров
Александр, демонстрируя покорность судьбе, улыбнулся и дружелюбно помахал рукой англичанину, а сам лихорадочно соображал, что же ему делать.
По всему выходило, что придётся прыгать с парашютом, вот только высота слишком велика. Он, конечно же, учился прыгать с парашютом, поскольку длительные перелёты всегда чреваты авариями, принуждающими к срочной эвакуации. Вот только в тех тренировках почти всё внимание уделялось правильному подбору снаряжения, комплектованию продуктового набора и прочему в том же духе. В сущности, главной трудностью была правильная встреча с водной или твёрдой поверхностью, а потом использование аварийных запасов при ожидании помощи.
Здесь же следует совершить затяжной прыжок, по возможности не привлекая внимания английских пилотов, а потом как можно быстрее прибрать заметный сверху купол парашюта. Хм… А ведь, если Александр правильно помнит, самолёты предназначенные для продажи в Англию комплектовались красно-белыми парашютами, очень заметными на фоне морского и прибрежного пейзажа. Да… Вот такая шутка судьбы: расцветка куполов подбиралась именно для облегчения поиска парашютистов на земле, а ведь именно сейчас требовалось обеспечение скрытности: в идеале шарового флотского или защитного хаки.
