Книга послушно открылась, зашуршали страницы, и очень скоро Катерина уже читала о том, как оставил Ворон Воронович свою гору, и улетел в неведомые края, но улетая, не хотел, чтобы воры растащили его сокровища и оставил там множество колдовских ловушек. И поселил в той пещере злобных диких пчёл, которые не спят ни зимой, ни летом, а их укус усыпляет человека на год. А как проснётся он, снова его ужалят, и так пока человек тот не умрёт. Вот только пчёлы те никогда не жалят женщин. Только мужчин.
— Ну, логично. Здесь воровок нет. Воровали и грабили мужчины. Вот от них и защитил Ворон свою сокровищницу, — пробормотала Катерина.
— Рррразумеется, — голос Баюна за спиной перепугал Катерину так, что она чуть с кровати не упала.
— Как ты меня напугал! — Катя с трудом выпуталась из одеяла.
— Это ты меня перепугала. Когда ты крадёшься, тайно уволакиваешь книгу, да ещё у меня ничего не спрашиваешь, что я должен подумать? — обиженно фыркнул Баюн. — Что? Всё-таки этот глупец отправился на Черную гору?
— Да, — тоскливо кивнула Катерина и протянула письмо Златки.
Баюн прочёл, покосился в тёмное зеркальце, но так как был котом, всё там отлично разглядел.
— Ну, хоть что-то он вынес из общения с нами. Никакие больше ценности брать не стал! Вот и обошел остальные ловушки. И что будем делать?
— А что тут можно делать? — c надеждой подняла на него глаза Катерина.
— Ну, что-что… Ехать за ним, как в старые добрые времена и вытягивать его.
— А пчёлы? — Катя кивнула на зеркальце.
— Что пчёлы? Тебя не тронут.
— Меня, понятно, а вы меня туда одну отпустите?
— Нет, — замотал головой Баюн. — И не мечтай даже!
— А если туда Ярика послать? — обрадовалась Катя.
— Не выйдет. Ветры туда не могут залететь. И ковёр-самолёт не запустишь. Единственная возможность, это его вытягивать оттуда. Или там его разбудить. Может, успеет выбежать, если пчёлы отвлекутся посмотреть на его спутницу.
— А как его разбудить?
— Да обычно… Как ты его от каменной пыли будила.
— Замечательно! — сердито отозвалась Катерина. Слезла с кровати и прошла по комнате. — Значит, мне нужно всего лишь пожертвовать кем-то из вас, потому что вы меня туда одну не запустите, поцеловать Ратко, и надеяться, что обойдётся одни разом, если он успеет добежать до выхода!
— Ну, как-то так! — Баюн вздохнул. — Ладно, утро вечера мудренее. Ты ложись и спи, завтра подумаем.
Когда Катя утром вышла в горницу, настроение за столом было хуже некуда. Бурый что-то фыркнул вместо доброго утра, Кир кивнул, а Степан даже глаз не поднял. Баюн усмехнулся в усы.
Одна Жаруся жизнерадостно поприветствовала Катерину и предложила ей полетать и развеяться. — А то тут душно как-то. Затхло. А на свободе и дышится легко и снег утих.
Катерина была Жарусе очень благодарна! Сразу после завтрака она вышла из Дуба, Птица подхватила её за воротник и стремительно взмыла вверх!
— И куда это они? — тревожно осведомился Бурый. — Кот, глянь?
Баюн лениво потянулся за зеркальцем и гневно зафырчал. — Нет, ну ты посмотри на это!!! Куда её эта хулиганка Жаруся несёт?
— Она что, к Ратко улетела? — не поднимая глаз спросил Степан.
— Ну… Не знаю…. Не понятно пока, — заюлил Баюн. И вздохнул, глядя, как Степан выскакивает из-за стола и гневно хлопнув дверью убегает из Дуба.
Катерина и не думала лететь на Черную гору. Жаруся отнесла её к Злате.
— Ой, Катюша!!! — Злата кинулась к белой лебедушке, которую занесло в её светлицу словно порывом ветра.
Катерина приняла свой обычный вид и быстро рассказала Злате, что и как случилось с Ратко.
— Надо скорее Ульяне сказать. Если она туда пойдёт, то легко его расколдует! — обрадовалась Злата. — Как я тебе благодарна!
Катерина с Ульяной встречаться не хотела, но пришлось. Заслышав, что есть новости про Ратко, прибежал и Стоян, гостивший у сестры. Катерина показала молодой жене и брату лежащего на полу пещеры Ратко с золотым поясом в руке, и была ошарашена!
— Ой, ну вот и хорошо! Ты же слетаешьза ним? — Ульяна подняла на опешивших Катерину и Злату невинные голубые глаза.
— Погоди! Но, ведь это твой муж! И ты сама послала его туда! — проговорила пораженная Злата.
— Ну и что? Я — царская дочь! И мне не пристало по горам лазить, да на камнях ноги бить! Тем более, что пещера эта колдовская… Нет-нет! А вдруг я что-то там задену, и сама окаменею, или меня пчела ужалит? Нет уж, не царевнино это дело! А вот ей это легко, пусть и съездит! — Ульяна небрежно кивнула головой на Катерину. Повела плечиком и вышла из горницы.
Стоян, Злата и Катерина так и остались стоять в горнице, словно сами окаменели!
— Да как же так! — с трудом выговорил Стоян. — Ему ж дурню этакому все сказали, чтобы он туда даже носа не совал! Но Ульяне так хотелось проклятый пояс! И он поехал! Из-за бабской блажи!!!
— Ой, лучше бы я отдала ей мамин! Мама бы точно предпочла, чтобы пусть и пояса не было, зато Ратко бы цел и невредим остался! — разрыдалась Злата.
— Нет, Златочка. Дело не в поясе. Ну, отдала бы ты мамин. Хорошо! А ей бы ещё что-то бы захотелось! — решительно сказала Катерина.
— Я сам поеду, — сказал Стоян.
