Переписчики истории. Мифы о Катыни полностью

По словам историка Юрия Жукова, летом 1937 года, перед выборами в Верховный Совет СССР, Хрущев настаивал на усилении репрессий. Он подозрительно быстро разыскал в Московской области, а затем настоял на приговоре к расстрелу либо к высылке 41 305 «бывших кулаков» и «уголовников».

В 1953 году Хрущев назначает себя главой комиссии по архиву Сталина. Хотя комиссия ни разу не собиралась, Хрущев активно разбирал документы своего ненавистного, но теперь мертвого предшественника.

Затем, в 1955 году, он взял под свой контроль Общий отдел ЦК, в введении которого находились наиболее секретные партийные архивы сталинского периода.

По свидетельству историка В.П. Наумова:

«В 1955 году по распоряжению Хрущева были уничтожены бумаги Берии, документы о Сталине и о других руководителях партии. Всего было уничтожено 11 (одиннадцать) бумажных мешков. Чем более надежно скрывались документы, тем более эмоционально осуждал Хрущев преступления, в которых сам принимал участие».

Можно только догадываться, сколько неудобных документов уничтожил главный потрошитель архивов советского периода. Не исключено, что именно в этот период была уничтожена часть важных документов, подтверждающих версию комиссии академика Бурденко.

По имеющимся материалам на одном из сайтов сказано:

«…Выполняя взятое обязательство, Хрущев, опытный потрошитель секретных архивов, отдает соответствующее распоряжение председателю КГБ Шелепину, пересевшему в это кресло год назад с поста первого секретаря ЦК ВЛКСМ, и он начинает лихорадочно «работать» над созданием материального обоснования гитлеровской версии мифа о Катыни».

Будем считать это одной из версий.

Первым делом Шелепин якобы заводит «Особую папку» «О причастности КПСС (уже один этот прокол говорит о факте грубейшей фальсификации — до 1952 года КПСС именовалась ВКП (6). -Авт.) к катынскому расстрелу, где, как он считает, должны храниться четыре главных документа:

— списки расстрелянных польских офицеров,

— доклад Берии Сталину,

— постановление ЦК партии от 5 марта 1940 года,

— письмо Шелепина Хрущеву.

Именно эта «Особая папка», созданная Шелепиным не без согласия Хрущева и по заказу нового польского руководства, подстегивала все антинародные силы ПНР, вдохновляемые папой римским Иоанном Павлом II, а также помощником президента США Джимми Картера по национальной безопасности и поляком по происхождению Збигневом Бжезинским, к проведению все более наглых идеологических диверсий.

Пройдет несколько десятилетий и новые либеральные власти России в лице Макарова и Шахрая при разбирательстве «дела КПСС» в Конституционном Суде РФ предъявят товарищу Шелепину ксерокопию якобы его письма Хрущеву. Он наотрез откажется от этого документа и заявит, что копия снята с непонятно какого оригинала и тут же потребует подлинник письма. Ему в этой любезности нелюбезно откажут сторонники Ельцина.

Тот, кто составлял этот документ для сайта в Интернете, возможно, не читал других документов о Катыни, однако тот вывод, что Хрущев пытался прогнуться перед поляками, чтобы насолить «бесчеловечной сущности сталинизма» в ущерб целой стране — правильный.

«Для низких натур, — писал В. Белинский, — ничего нет приятнее, как мстить за свое ничтожество, бросая грязью своих воззрений и мнений в святое и великое». Этим святым и великим была Отчизна, а не Сталин. Это он уж должен был понять в своем оголтелом напоре.

Возможно, он и целился, и стрелял словесно по врагам, однако все время попадал по своим — по благополучию граждан и безопасности своей страны, которую к 1980-м годам обещал привести к очередной своей химере — коммунизму.

Хрущеву было что скрывать, поэтому он с удовольствием, как архивариус, работал в архивах, уничтожая все то негативное, что касалось его персонально.

У этого «освободителя» от сталинского тоталитаризма, как уже упоминалось выше, у самого руки были по локоть в крови. Много документов с его подписями под расстрелы он успел уничтожить через своих подручных в органах госбезопасности (в том числе председателя КГБ генерала И. Серова) и в высшем партийном бюро.

Ставки в политической борьбе за власть в те годы были предельно высоки. Поэтому, как писали В. Швед и С. Стрыгин в «Тайнах Катыни», «убойному» компромату на «сталинистов» Хрущев придавал особое значение.