Переписчики истории. Мифы о Катыни полностью

Телеведущий и писатель Л.М. Млечин в книге «КГБ. Председатели органов госбезопасности» пишет:

«Почему Горбачев предпочел именно Крючкова? Ему, скажем, предлагали кандидатуру Филиппа Денисовича Бобкова, бывшего начальника Пятого управления. Можно предположить, что он выбрал человека из разведки, полагая, что тот меньше руководителей внутренних подразделений КГБ станет противодействовать перестройке».

Наверное, есть в этих словах часть правды, но не все. Дело в том, что помог в разрешении этого вопроса не столько авторитет самого руководителя, сколько положение фрондирующего подразделения в системе госбезопасности — политической разведки, входившей в структуру КГБ в качестве Первого главного управления. Это была чекистская элита и до сих пор таковой остается.

А с другой стороны, для того чтобы спокойно начать масштабные перестановки кадров в ходе задуманной и навязанной народу «перестройки», нужно было подстраховаться и сменить руководство одного из основных, если не основного, ведомства в системе госбезопасности страны.

И Горбачев начал действовать. Он неожиданно для чиновников высшего партийного ареопага в декабре 1987 года берет Крючкова в первую поездку в Вашингтон для подписания договора по ракетам средней и малой дальности.

Можно предполагать, что наводку на него дал новый «серый» кардинал — прораб «перестройки» А.Н. Яковлев, который, по словам Л.М. Млечина, якобы вспоминал, как «…Крючков напористо полез ко мне в друзья, буквально подлизывался но мне, постоянно звонил, зазывал в сауну, всячески изображал из себя реформатора».

А потом посыпались знаки внимания: в 1988 году ему присваивают звание генерала армии, а через год он уже становится членом Политбюро.

И это все происходит в период, когда Горбачев стал стремительно терять почву под ногами. Он надеялся на защиту от своего окружения (близкого — недовольных цековских чиновников, и дальнего — бунтующего народа) со стороны еще крепкой и единственно авторитетной в массах организации «щита и меча».

И для этого были основания. Недаром одна из самых больших жертв тоталитарного режима, его страдалец А. Сахаров лестно отозвался о КГБ в одном из своих выступлений на Съезде народных депутатов СССР. Он назвал Комитет как единственную организацию, которую не коснулась всеохватная болезнь коррупции.

И опять было много недовольных таким шагом Горбачева и завистников стремительному росту Крючкова в партийной иерархии. Одним из них, таких больных завистью, был Б. Ельцин. В книге «Исповедь на заданную тему» он писал:

«…Председатель КГБ Крючков вдруг перепрыгнул ступень кандидата, сразу же был введен в состав Политбюро. Это продолжение старой традиции сращивания партийной верхушки с органами безопасности, конечно же, шокировало всех. Все-таки во время перестройки и гласности, хотя бы из чувства такта и здравого смысла, Горбачеву не стоило превращать один из госкомитетов в самый главный комитет. Но нет, жажда власти и страх ее потерять важнее любой логики и любого здравого смысла. КГБ должен быть на страже партийных интересов, пусть Крючков будет рядом, под боком».

В этих словах есть одна правда — правда черной зависти. Хотя, по приходу к власти в России, сам Ельцин неоднократно пользовался услугами сотрудников бывшего КГБ, да и своего преемника на троне в Кремле он выбрал из этой же правоохранительной структуры.

Именно в этот период в угоду либеральным ценностям Крючков ударился в политику: он смягчил свою позицию по многим вопросам противостояния СССР — США, начал заигрывание с общественностью, попытался объяснить стремление сделать благородней лицо своей фирмы.

В начале 1989 года Крючков стал первым в истории председателем КГБ, который в своем кабинете принял посла Соединенных Штатов Америки. Этот шаг тоже был в угоду Горбачеву, надеющемуся, что «Америка ему поможет».