Однако Владька сказал обо всём этом с таким важным видом, словно хотел в очередной раз подчеркнуть, что он старше, и Ромка всё же немного смутился. Ему не хотелось казаться совсем уж сопливым пацаном на фоне своего городского товарища.
— Ну и как, понравилось? — спросил он через некоторое время, глядя на развалившегося на стуле Владьку.
— Чего? Курить, что ли? — тот пожал плечами. — Не знаю. Прикольно… — И тут же быстро предложил: — Слушай, а давай сейчас попробуем! — При этом он даже немного подскочил на месте.
— У тебя что, сигареты есть?
— Да нет, конечно… Хотел у отца парочку свистнуть, да не вышло, но можно что-нибудь другое покурить.
— В смысле? — не понял Ромка. — А что ещё курят?
— Ну… можно чай. Он ведь такой же, как и табак. Свернуть трубочку из газеты, насыпать туда чай, и кури сколько влезет.
— Не знаю, — нахмурился Ромка, однако в глубине души он уже был готов переступить эту запретную черту только лишь ради того, чтоб Владька не корчил из себя взрослого.
— Ты посиди тут пока, я махом! — Владька вскочил и быстро убежал в дом. Вернувшись с пачкой обычного черного чая, он взял с тумбочки газету. — Сейчас сделаем…
— Ты чего, прям здесь курить собрался? — Ромка посмотрел по сторонам. — Вонять же потом будет.
— Точно… — Владька на мгновение огорчился, но его глаза тут же вновь загорелись. — А давай тогда спрячемся где‑нибудь! Чтоб соседи тоже не заметили. Вон, можно за баню или за поленницу, которая у погреба возле забора стоит.
Выйдя из летней кухни, они подошли к навесу, закрывающему погреб. Возле него была сложена небольшая поленница, высотой немногим более метра. За ней стоял высокий забор, но между ними было около метра свободного пространства, густо заросшего крапивой.
— Давай крапиву примнём и за поленницей спрячемся, там нас точно никто не заметит, — предложил Владька.
Он хотя и строил из себя взрослого, но всё же побаивался, что кто-нибудь может их увидеть за этим занятием и расскажет деду, а этого он ой как не хотел.
— А если твои приедут? — опасливо спросил Ромка.
— Не, они с пасеки всегда поздно приезжают, часам к семи только, к ужину.
Аккуратно, чтоб не обжалиться, приятели пробрались в щель между поленницей и забором, примяли там крапиву и уселись на корточки. Владька достал из кармана газету, оторвал с угла небольшой кусок и начал скручивать его в трубочку. Он даже предусмотрительно взял для этого из дома карандаш: явно делал это не в первый раз. Потом засыпал в свернутую трубочку чай и зажал её губами как настоящую сигарету. Подмигнув Ромке, он зажег спичку и прикурил. Затянувшись, Владька выпучил глаза и сразу же закашлялся.
— Не-не… нормально… — прохрипел он. — Это я так, с непривычки, затянулся сильно.
Он опять взял свою чайную сигарету в зубы и вновь втянул в себя дым, только уже не так сильно. Вытянув губы трубочкой, он выпустил вверх струйку дыма.
— На, попробуй, — протянул он сигарету Ромке.
Тот на секунду задумался, но потом всё же решил отказаться:
— Не, не буду я, не хочу.
— Как знаешь, — ухмыльнулся Владька и снова пару раз неумело затянулся дымом.
С важным видом он стряхнул на землю образовавшийся пепел. Выпустив следующую порцию дыма, Владька блаженно улыбнулся:
— Классно!
И в этот самый момент сверху раздался громкий голос:
— Я тебе сейчас покажу «классно»!
Из-за поленницы показалась голова деда Николая. Сурово сдвинув брови, он гневно смотрел на внука.
Блаженная улыбка с Владькиного лица исчезла в доли секунды, а сам он сразу же приобрел жалобный и испуганный вид. Ромка тоже перепугался. Сложность ситуации была ещё в том, что бежать им было совсем некуда — с боков были поленница с забором, а спереди и сзади — крапива в человеческий рост.
Владька не успел опомниться как крепкая рука деда быстро схватила его за ухо и подняла в полный рост.
— Ах вы, стервецы! Пожар мне тут устроить решили?! Поленницу с сараем спалить удумали?! — дед Николай от души тянул внука за ухо, словно хотел перетащить его к себе.
— А-а-а-а!! — заорал Владька. — Деда! Больно, пусти!!
Ромка сломя голову кинулся назад сквозь крапиву и, выскочив из укрытия, побежал к калитке. Возле летней кухни стояла ничего не понимавшая баба Наташа. Со стороны поленницы слышались истошные Владькины крики и суровая ругань деда Николая.
Оказалось, что старики на этот раз управились с делами довольно быстро и вернулись с пасеки раньше обычного, ещё до обеда. При этом они с удивлением обнаружили свой дом настежь открытым, а летнюю кухню пустой. Внука, которого они оставили за сторожа, нигде не было видно. Заволновавшись, не случилось ли какой беды, дед Николай пошел дальше в огород. Когда он проходил мимо погреба с поленницей, то услышал за ней голоса и заметил поднимающийся дымок. Заглянув туда, он увидел блаженную Владькину физиономию с самодельной сигаретой в зубах, которому как раз в тот момент было очень «классно».
— Чего там случилось-то? — тревожно спросила баба Наташа пробегавшего мимо Ромку. — Где Владик-то?
— Да всё нормально, — не останавливаясь, тот махнул рукой в сторону погреба. — Там он…
