Переплетения судеб полностью

– К отправке, значит… – Дороти сжала губы и обвела взглядом панели, выискивая хоть какой-то намек на их дальнейшую судьбу.

В дальнем конце гаража была еще одна приоткрытая дверь, и, хотя в коридоре за ней царила тьма, Дороти четко помнила, что ведет она к старому служебному лифту. Судя по всему, рабочие поднимают панели именно в этом лифте, а потом провозят через гараж. Возможно, у гаража их ждет лодка, а уж на ней товар можно увезти куда угодно.

– А кто вам велел подготовить их к отправке? – осведомился Роман.

– Мак Мерфи, – ответил юноша, но поспешно добавил: – Только он сказал, что изначально это ваш приказ!

– Неужели? – ледяным тоном переспросил Роман.

«Так, значит, это Мак», – подумала Дороти, и злость запульсировала у нее в груди, точно второе сердце. Какое он вообще имеет право отдавать приказы ее банде, да еще в ее отеле?

Теперь появление незнакомцев в карауле отеля обрело новое, пугающее значение. Сомнений не оставалось: это не ошибка, а намек.

Собственно, может ли она и дальше считать этот отель своим?

Злость вдруг испарилась, уступив место страху. Мак начал отдавать приказы ее Фиглярам; Мак организовал отправку панелей бог весть куда. Что еще он затеял?

– А где Мак сейчас, ты не знаешь? – спросила она у юноши, стараясь говорить невозмутимо.

– Наверное, у себя в комнате.

У себя в комнате? И кто же это ему позволил вселиться в номер? Дороти вновь посмотрела на Романа. Судя по его виду, он был в неменьшей степени потрясен этим поворотом событий.

– Кажется, за последние двадцать четыре часа произошло куда больше, чем я думал, – прошептал он.

– Мак времени не теряет, – с горечью подтвердила Дороти. – Может, вернемся в прошлое и попробуем прилететь сюда на день раньше, как и планировали?

Но она и сама прекрасно понимала, что это невозможно. Если последний полет в прошлое чему-то ее и научил, так это тому, что после того, как прошлое обретает четкую форму, его уже не изменишь. Теперь – к добру или к худу – нужно было разобраться с настоящим. Других вариантов не осталось.

От мысли о том, как быстро все порой меняется, ей сделалось не по себе.

– Спасибо, – сказала она юноше и обвела взглядом комнату, задержав его на каждом из рабочих. – Панели нельзя выносить из отеля, не спросив разрешения у меня или у Романа. Это понятно?

Повисла пауза. А потом Фигляры – все до единого – кивнули.

В окно гостиничного номера проглядывало похожее на огромную гематому фиолетово-алое небо, затянутое у горизонта черными тучами и окаймленное желтоватым сиянием солнца. Эш застонал и сел. Он не знал, давно ли его заперли в этой комнате. Может, несколько часов назад. А может, еще вчера.

Руки были крепко связаны за спиной, а ноги – нет. Он поднялся с кровати, подошел к окну и прижался лбом к стеклу.

Окна были забраны решетками – просто так не сбежишь. Но даже если бы их не было и Эш смог бы открыть окно и выбраться на подоконник, ему едва ли хватило бы смелости прыгнуть вниз. До воды было головокружительно далеко. Этажей восемь, если не больше.

Он шумно выдохнул, и стекло запотело. Дороти вот прыжок удался. Она оказалась в том же положении, что и он теперь, и все же как-то сумела распахнуть окно и сбежать. А потом, посмотрев на черные воды, не побоялась спрыгнуть.

В голове вдруг раздался голос Зоры: «Пойми, она уже не та девушка, которую ты знал когда-то!»

Он сглотнул. Зора… А не заперли ли и ее в одном из номеров «Фейрмонта»?

Он вдруг услышал лязг металлического замка. Дверь со скрипом распахнулась, и в комнату ворвался запах сигаретного дыма.

Эш напряженно замер.

Послышались шаги, а потом кто-то схватил его за плечи и развернул к себе. Сзади стоял Мак в обществе четверых Фигляров. Несмотря на бедственность своего положения, Эш не смог сдержать улыбки.

– По два молодца на каждую руку, – проговорил он, поведя плечами. – Что ж, я польщен таким вниманием!

– Рад стараться, – насмешливо отозвался Мак с порога.

– Где Зора? – спросил Эш.

– Мы оставили ее на причале. Мне такие склочницы ни к чему, – заявил он и, облизнув растрескавшиеся губы, кивнул циркачам, взявшим Эша под руки.

Он нервно сглотнул.

Черт, кажется, дело плохо.

Как и следовало ожидать, Фигляры от души его поколотили. В какой-то момент Эш даже потерял счет ударам кулаков и ног. Первые несколько из них пришлись в голову и в живот, но Эш сумел устоять на ногах, и только когда один из противников сделал ему подсечку, он камнем рухнул на пол.

Руки по-прежнему были туго связаны за спиной, поэтому он со всего размаха врезался лицом в пол. Струйка крови тут же оросила половицу у него перед глазами.

Первый удар тяжелым ботинком по ребрам Эш помнил отчетливо. Он тут же завалился на бок и подтянул ноги повыше, пытаясь оправиться от боли, разлившейся по груди и выбившей из легких воздух.