Чувствую, как на глаза набегает предательская влага, а в ушах звенит от поднявшегося давления.
– Эля!
Не сразу понимаю, что Иво дёргает меня за руку, заставляя взглянуть на него, прислушаться к его словам.
– Что? – сипло спрашиваю я, снова ныряя в опустошение.
– Это ничего не значит!
Беаликит встряхивает меня, не давая отводить взгляда, удерживая зрительный контакт.
– Их найдут, не теряй надежды.
– Мы на другом континенте, – вяло произношу я, всё больше ныряя в тихую истерику. – Если они ещё и живы, им некому помочь.
– Они здесь, – уверенно произносит Беаликит.
Да с такой силой, что я сама начинаю верить. Трясу головой, собираясь с остатками выдержки.
– Почему ты так уверен?
– Когда мы прыгали, ты всё ещё держала контур. Вы были объединены. – Ливекец притягивает меня к себе за плечи и убаюкивающе поглаживает по голове. – По твоей связи с «лучами» их должно было дёрнуть вслед за нами.
– Должно было? – глухо спрашиваю я, утыкаясь Иво в грудь.
И плевать, как это выглядит со стороны. Пускай он говорит, пускай кормит и взращивает мою надежду.
– Дёрнуло, – исправляется Беаликит. – Обязательно дёрнуло.
Я тихонько плачу, комкая рваный комбинезон Иво. Его руки мягко гладят мою спину. Но в этом жесте ни грамма интимности, он просто поддерживает меня. Даёт возможность выплеснуть те эмоции, все чувства и боль, которые я прятала внутрь, просто потому, что не было времени переживать всё это. Переживать и отпускать.
– Я такая слабая, Иво. Я не смогла их защитить. Это я во всём виновата, – шепчу, глотая слёзы.
– Ты не слабая. И то, как ты ведёшь бои, как держишь ребят, это доказывает. Поверь уж мне, как преподавателю, я видел много звёзд, и ваши результаты говорят сами за себя. Вы противостоите профессиональным «Клинкам», бойцам, прошедшим не одну стычку. Ты не слабая, просто противники сильнее.
– Ага, – эхом отзываюсь я, хотя внутри не легче.
– Но ты ведь не только поэтому плачешь, да?
Иво чуть отстраняет меня и заглядывает мне в лицо. Аккуратно убирает налипшую прядку волос и с мягкой улыбкой снова прижимает к себе.
– Эля, Эля, Эля, – раскачиваясь, чуть ли не напевает Иво. – Плакать – это нормально. Быть слабой – тоже. Не надо себя за это корить, и не надо давить в себе это. Иначе эти эмоции разрушат тебя. Ты в окружении друзей и можешь хоть ненадолго побыть девочкой. Как у вас говорят? Не хочу ничего решать – хочу новое платье и на ручки?
В удивлении вскидываю на него глаза, а Беаликит в ответ смеётся с мягкой хрипотцой.
– Это мне Дэль рассказала. Она, на самом деле, очень много впитала из вашего мира. Ты не замечала?
– Не-а. – Нахмурившись, я качаю головой.
– Она ведь даже ни разу не упомянула Всевидящего. Всё только какого-то Боже зовёт.
– Это из нашей религии, моего народа, – киваю я, неожиданно понимая, что Иво мастерски выводит меня из уныния.
Просто забалтывает.
– Кхм! – доносится со стороны палатки.
Я на автомате отпрыгиваю от Иво и разворачиваюсь к Рику. Вижу, как его губы сжимаются в тонкую бледную полосу. Ноздри раздуваются, но Дейрик ничего не говорит. Знаю, как мы с Иво выглядели со стороны, и понимаю, что мог надумать себе Верндари.
Но я ведь уже сотню раз заверила его в том, что я с ним! Или нет?
Мимолётной вспышкой в голове загорается осознание, что я ни разу не говорила Рику, кто для меня Иво. Что он для меня друг. Пускай даже очень близкий, но друг.
– Что-то случилось? – ровным голосом интересуется Беаликит, прерывая тем самым сгущающуюся тишину.
– Адиллир зовёт, надо обсудить дальнейшие действия, – отвечает Рик, с усилием отводя взгляд от меня.
Осматривает ливекца и одобрительно покачивает головой.
– Рад, что ты уже в порядке.
– Спасибо, – кивает Иво и, чуть замявшись, уточняет: – Мне тоже идти? Или приглашение только Эли касалось?
Рик хмыкает, но как-то по-доброму, понимающе.
– И тебя тоже. Наш «папочка» остыл.
– Отлично!
Беаликит бодрым шагом направляется к входу и через секунду исчезает за откинутым пологом. За ним почти ныряет Рик, когда я хватаю его за локоть и дёргаю к себе.
– Это не то, что ты подумал. Иво просто меня успокаивал.
– А что я подумал? – Рик склоняет голову и смотрит на меня как-то неприятно, колюче.
– Ну не знаю…
– Эля, если это ничего не значит, зачем оправдываться тогда?
Застываю как громом поражённая. Внутри поднимается ком обиды.
– Зачем ты так со мной? Я ведь за тебя переживаю.
– Эля…
Рик со вздохом разворачивается ко мне, нежно заключает моё лицо в ладони. Но в противовес его действиям, в глазах Рика стальное, обжигающее холодом море.
– Хватит за всех переживать. Хватит пытаться всех спасти. И хватит всех прощать. Надо быть жёстче.
Огорошенная его словами, я молча смотрю за тем, как он отпускает меня и уходит следом за Иво. Пытаюсь вспомнить, были ли фиолетовые всполохи в глазах Рика. Потому что… Потому что не мог этого сказать мой Рик!
Его отец – да! Но не мой Дейрик.
Или он настолько изменился, а я по-прежнему вижу в нём того парня, который ради нас был готов пожертвовать собой – в академии, на турнире и совсем недавно на пляже.
Или на пляже была попытка оправдать то, что ему нравится пользоваться силой Загранья?
