— Возможно, мистер Шерингэм и не слишком утруждал себя. Но не следует относиться к этому пристрастно, не так ли? Без сомнения, сам он полагает, что сделал все, что в его силах. Он просто не осознает, насколько это важно для нас.
— Знаете, я думаю, что это очень благородно с вашей стороны — так заботиться о вашем кузене. Ведь вы не поимеете с этого ни пенса.
Всем уже было известно, что мистеру и миссис Фэйри смерть их богатого родственника не принесет никаких материальных благ. Миссис Фэйри предусмотрительно сообщила всем об этом.
— А почему же, по-вашему, так получилось? — спросила она с невинным удивлением.
— Думаю, из ложной стыдливости. Я не хочу сказать ничего плохого о нашем приятеле, который теперь мертв, и все же, если у него среди родственников есть такая замечательная девчушка, как вы, которой можно завещать свое состояние, то какого черта вместо этого он оставляет деньги приюту для кошек или чему-то в этом духе? Вот это я и называю ложной стыдливостью.
Миссис Фэйри вздохнула и затем задумчиво улыбнулась.
— В конце концов, это ведь его деньги. Если он ставил интересы нации выше интересов своего кузена, то его решение вполне естественно. Я полагаю, что ему это отнюдь не представлялось чем-то экстраординарным, как это может показаться со стороны.
— Да, должен сказать, что вы очень лояльны по отношению к своему кузену. Как, впрочем, и ко всему остальному.
— Каждый стремится проявить себя с лучшей стороны. Надо быть достойным того мира, в котором мы живем. К счастью, иногда и другие вокруг тебя осознают это.
— Бедная малышка! Мне это так понятно!
— Я иногда спрашиваю себя: а понимаю ли я сама себя. Это, конечно, глупо, но я и в самом деле очень сдержанная, даже с самой собой.
— Готов побиться об заклад, что понимаете! Думаете, я этого не заметил? Знаете, говорят, в странствиях легче отыскать то, что тебе суждено.
— Я не это имела в виду.
— Ладно, будем надеяться, что Глэдис это не затронет.
— А, вашу жену. Ей ведь очень, очень повезло, не правда ли? Вряд ли она осознает это.
Мистер Брэй самодовольно улыбнулся.
— Да уж, думаю, ей не приходится на что-то особенно жаловаться.
— Конечно нет. Она замечательная. Но я думаю, вы тоже замечательный человек.
— Ну, насчет этого я не знаю. Может, в этом смысле мне повезло чуть больше, чем другим. Но об этом не было бы смысла говорить, если бы...
— Если бы что? — нежно переспросила миссис Фэйри.
— Если бы у меня была достойная жена. Я не хочу сказать ничего плохого о Глэдис, она по-своему хороша. Но...
— Да?
— Вот если бы у меня была жена такая, как вы!
Миссис Фэйри вздохнула:
— Жизнь — такая запутанная штука!
— А может, еще не поздно, даже теперь?
— То есть?
— Как вы посмотрите на такое предложение, — начал мистер Брэй слегка севшим голосом. — Что, если нам сойтись? Я уже все обдумал. Мы просто созданы друг для друга. Вы просто губите себя рядом с вашим мужем, с этим ничтожеством. И для Глэдис будет только лучше, если я прямо все скажу ей. И вы с Вилли тоже разойдетесь. Что вы об этом скажете? У вас будет все деньги, наряды, развлечения — все, что захотите. И вы прекрасно знаете, что вы способны дать мне взамен. Какое удивительное умение держаться! Именно такой я всегда представлял себе свою Жену. У Глэдис так никогда не получалось, между нами говоря. А? Что вы скажете?
— Мистер Брэй, — томно сказала Энид.
— Гарри.
— Гарри!
— Да?
— Это очень любезно с вашей стороны, но...
— Но что? Какие могут быть препятствия?
— Я чувствую, что сейчас не время говорить об этом.
— Почему это сейчас не время?
— В нашем положении...
— Что нам до этого?
— Из-за бедняжки Гая....
— Но это никак не затрагивает наших с вами отношений.
— Ах, Гарри, вы способны не думать обо всем этом? А я не могу. Не могу забыть, что один из нас — убийца. Может, это вы? А может, я? Я бы хотела выбросить это из головы — но не могу. И все бездействуют. Это ужасно, ужасно.
— Не горюйте, милая моя, не горюйте.
— Хочется казаться беззаботной, но внутри я ощущаю ужасную напряженность.
— Послушайте-ка, а если я сумею докопаться до истины, вы примете мое предложение?
— Ах, Гарри, я, право, не знаю...
— Разумеется, нет. Но почему?
— Я... Я...
— У них не будет никакого продвижения. А я все это улажу — ради вас. А после этого вы дадите мне свой ответ, договорились?
Мистер Брэй окинул взглядом обольстительную фигуру в шезлонге перед собой с таким видом, словно она уже была его собственностью.
— Гарри, я не могу ничего вам обещать, — мягко ушла от ответа миссис Фэйри. — В таком состоянии... И кроме того, чувство долга... Вилли...
— Будь он проклят! — в сердцах ругнулся мистер Брэй.
— И Глэдис.
— И она будь проклята!
Миссис Фэйри, изящно перекладывая предметы на чайном подносе, окинула взглядом шатер, улыбаясь как хозяйка салона.
— Миссис Брэй? Дайте-ка я взгляну, вы кладете два куска?
— Да, пожалуйста.
Мисс Кросспатрик бросила на нее взгляд, который, казалось, вобрал в себя всю дородную фигуру миссис Брэй.
