Хозяин помог Уолгасту отнести к машине многочисленные покупки: консервы, кофе, сухое молоко, батарейки, свечи, баллоны с пропаном, пару удочек и коробку со снастями. Яркое солнце, ни дуновения, ни ветерка, полная тишина… Брэду казалось, вот-вот заиграет невидимый оркестр.
Мужчины загрузили покупки в багажник и пожали друг другу руки.
– Простите за любопытство, вы живете в лагере «Медвежья гора»? – спросил продавец.
«Ну да, скрывать бесполезно», – подумал Уолгаст, а вслух спросил:
– Как вы догадались?
– Вы же с горы спустились, а там, кроме лагеря, ничего нет. Хозяева его так и не продали… Непонятно почему.
– Я отдыхал там еще мальчишкой. Знаете, лагерь совсем не изменился. Хотя, пожалуй, здесь иначе и быть не могло.
– Да, место отличное! Ну вы вообще разумно поступили. Не волнуйтесь, я никому не расскажу.
– Вам тоже лучше куда-нибудь отсюда перебраться, – посоветовал Уолгаст. – Либо повыше в горы, либо на север.
Продавец окинул его долгим оценивающим взглядом.
– Пойдемте, кое-что покажу, – наконец решился он и поманил Уолгаста за собой. Занавес из бус скрывал не подсобку, а жилую комнату, в которой царил полумрак. У окна с опущенными жалюзи гудел кондиционер, но прохладный воздух казался спертым и тяжелым. Уолгаст помедлил у входа, привыкая к недостатку света. В центре комнаты на большой больничной кровати спала женщина. Изголовье подняли на сорок пять градусов, и Брэд хорошо видел изможденное лицо незнакомки. Она лежала на боку, повернувшись к окну. Женщину заботливо укрыли одеялом, но даже оно не скрывало ее болезненной худобы. На прикроватном столике стояла целая армия пузырьков с таблетками и мазями, а еще хромированный лоток с бинтом и шприцами. Неподалеку от кровати притаился бледно-зеленый кислородный баллон. Уголок одеяла откинули, выставив напоказ костлявые ступни спящей, обтянутые пожелтевшей, словно пергаментной, кожей. Между пальцами ног белели комочки ваты, на стуле у изножья кровати поблескивали пилка для ногтей и бутылочки с разноцветными лаками.
– Она обожает педикюр, – тихо сказал хозяин магазинчика. – Его я и делал, а тут как раз вы приехали.
Мужчины вернулись на залитую солнцем стоянку. Уолгаст подавленно молчал: продавца и его жену оставалось только пожалеть, они же с места сдвинуться не могли!
– У жены рассеянный склероз, – объяснил продавец. – Я собирался до последнего держать ее дома. Именно так мы договорились зимой, когда наступило резкое ухудшение. Из местной больницы обещали прислать медсестру, но что-то не присылают. – Хозяин магазинчика переступил с ноги на ногу и откашлялся. – По-моему, по вызовам уже никто не ездит.
Хозяина звали Карлом, его жену – Мартой, их взрослые сыновья жили один в Калифорнии, другой во Флориде. До пенсии Карл работал электриком в университете штата Орегон, а потом они с супругой перебрались сюда.
– Чем я могу помочь? – спросил Уолгаст.
Мужчины снова пожали друг другу руки.
– Вы, главное, о себе позаботьтесь, – попросил Карл.
На обратном пути Брэд снова вспомнил Лайлу. Их брак остался в прошлой жизни, которая закончилась и для него, и для других. Сейчас, думая о Лайле, он с ней прощался.
Пожары начались в августе. Стояла засуха, и как-то вечером, работая во дворе, Уолгаст почувствовал запах гари, а к утру в воздухе заклубилась едкая дымка. Брэд влез на крышу, но увидел лишь деревья, озера и бескрайние горы. Как близко пожар, он не определил – ветер разносит дым на сотни миль.
За два месяца, прошедшие со дня поездки в «Бакалею Милтона», из лагеря Брэд не отлучался. У них с Эми выработался своеобразный режим, совсем как у пассажиров круизного лайнера: до полудня Уолгаст спал, до вечера работал во дворе, потом кормил Эми ужином и водил плавать, потом полночи читал ей вслух книги или играл с ней в настольные игры. На ящик с играми он наткнулся в коттедже – там была и «монополия», и шашки, и парчизи. Сперва Брэд дозволял Эми выигрывать, но вскоре поддавки ушли в прошлое, потому что девочка легко брала верх, особенно в «монополии»: скупала недвижимость, моментально определяла потенциальный доход, а потом, сияя от радости, пересчитывала выручку. Бордуок, Парк-плейс, Марвин-гарденс – интересно, что эти названия для нее значили? Однажды вечером, когда Брэд раскрыл «Двадцать тысяч лье под водой» – вообще-то про капитана Немо они уже читали, но Эми захотелось послушать снова, – девочка взяла у него книгу и в свете коптящей свечи стала читать сама. Сложные слова и запутанные предложения ни малейших проблем ни вызвали.
– Ты научилась читать? – в полном недоумении спросил Брэд, когда Эми переворачивала страницу.
– Ну, книга-то знакомая, – пояснила Эми. – Наверное, я просто запомнила.
Мир за границами лагеря с каждым днем отодвигался все дальше. Брэду хотелось послушать радио, но генератор он так и не завел и давно оставил все попытки. Впрочем, если события развивались так, как он предполагал, выяснять подробности не имело смысла. К чему они? Куда им бежать из лагеря?
