Однажды ночью Брэд проснулся один. В комнате царила совершенно иная атмосфера – атмосфера отсутствия, ухода, побега. Одеяло удалось откинуть лишь ценой неимоверных, нечеловеческих усилий: на ощупь оно напоминало наждачную бумагу и жгло, как крапива. Уолгаст думал, что сесть не сможет, но сжал волю в кулак и сел. Тело превратилось в огромную разлагающуюся тушу, которая почти не повиновалась разуму. С другой стороны, оно до сих пор принадлежало ему, в нем он жил с самого рождения. Как странно умирать, как странно чувствовать, что жизнь уходит. Хотя что тут странного? На задворках сознания давно поселилась простая истина: «Мы живем для того, чтобы умереть». «Вот она, цель! – нашептывало тело. – Цель близка».
– Эми! – позвал Брэд. Собственный голос напоминал карканье больной вороны. Слабый, бесцветный, никчемный голос взывал в пустоту темной комнаты. – Эми!
На дрожащих ногах Брэд спустился на кухню и зажег лампу. В ее слабом сиянии все выглядело по-прежнему, хотя нет, что-то изменилось… Дом, в котором они с Эми прожили целый год, выглядел иначе. Сколько сейчас времени, какой месяц и год, он не знал. Эми исчезла.
Брэд выбрался на крыльцо и поковылял в лес. Прищуренный глаз луны висел над деревьями, как игрушка над колыбелью, эдакая улыбающаяся луна на веревочке. Ее свет лился на запорошенный пеплом, умирающий мир. Живой слой земли облезал, обнажая скалистое ядро. «Декорации к пьесе о конце света», – подумал он и побрел по белой пыли куда глаза глядят, снова и снова выкрикивая имя девочки.
Брэд уходил от дома под сень вековых деревьев. Удастся ли найти дорогу обратно? Впрочем, какая разница! Его конец и конец всего сущего уже близок. Он не мог даже плакать. «Нужно выбрать место, – думал он. – При удачном стечении обстоятельств именно это оказывается последним шагом».
Он добрался до реки, застыл на озаренном луной берегу, рухнул на колени под высоким деревом и закрыл глаза. Среди голых ветвей что-то шевелилось, но вслушиваться или разлеплять веки не было сил. Шорох в вершине деревьев… Давным-давно, еще в прошлой жизни, кто-то предупреждал о связанной с этим опасности. Вспомнить, о чем именно предупреждали, он мог лишь огромным усилием воли, которой давно не осталось. Забыть о предупреждении было куда проще.
По телу зазмеился холод, точно открылась дверь в вечную зиму, в застывшую бесконечность звезд. До зари ему не дотянуть… «Эми! – подумал он, когда с небес посыпались звезды. – Эми! – Он цеплялся за ее имя как за соломинку, надеясь, что оно поможет уйти. – Эми, Эми, Эми!»
2 п.в.
