– Пошли! – шепнул Питер и узким, огибающим теплицы проулком повел ее к черному ходу. Окна с той стороны заложили кирпичами, но штабель пустых ящиков скрывал наклонную металлическую дверь, за которой начинался желоб, круто спускавшийся в больничный подвал. Когда Питер был маленьким, Пруденс Джексон, нередко работавшая по вечерам одна, разрешала скатываться с него, как с горки.
Питер распахнул дверь:
– Залезай, Лиш!
Судя по грохоту, девушка не раз стукнулась о борта желоба, но вскоре снизу зазвучал ее голос: «Порядок!» Питер влез в желоб, закрыл за собой дверь и оказался в кромешной тьме. В детстве именно тьма доставляла наибольшее удовольствие: при свете катание по желобу потеряло бы всю прелесть.
Р-раз – Питер с грохотом понесся вниз и через несколько секунд попал в хорошо знакомую комнату, заставленную ящиками. Справа от желоба стояла морозильная камера с бесконечными рядами банок, в центре – широкий стол, а на нем весы, коробки с инструментами и огарки свечей. Алиша ждала у лестницы, которая вела наверх, в приемную, и смотрела на льющееся оттуда солнце. Ступеньки обрывались у выходящего на крыльцо окна. Как же прокрасться мимо него незамеченными? Питер взбежал по ступенькам, на предпоследней замер и глянул на окно. Он находился слишком низко и увидеть ничего не смог. Голоса Охранников звучали глухо: к счастью, Бен с Гейлином стояли спиной к окну. Питер махнул рукой Алише, мол, все спокойно, быстро пересек приемную и шмыгнул в палату.
Девочка проснулась и сидела на койке. Питер заметил, что ее переодели в чистую сорочку, сквозь которую просвечивала белая повязка. Сара устроилась на краешке койки, держала девочку за руку, но смотрела в другую сторону.
Перехватив взгляд Питера, девочка вырвала руку и испуганно прижалась к изголовью кровати. Сара мгновенно вскочила и обернулась.
– Господи, Питер! – хрипло прошептала она. Каждая клеточка ее тела излучала напряжение. – Как ты сюда попал?
– Через подвал, – ответила подоспевшая Алиша.
Девочка сжалась в комочек – подтянула колени к груди и крепко обхватила их руками, прячась за складками длинной сорочки как за ширмой.
– Глазам своим не верю! – шепнула Алиша. – Пару часов назад на ее плече живого места не было.
Сара громко вздохнула и, расслабившись, обессиленно упала на соседнюю койку.
– На самом деле моя пациентка в полном порядке. Рана затянулась.
– Не может быть!
– Не может, но это так, – покачала головой Сара. – Только девочка, похоже, не желает, чтобы об этом узнали: только кто-нибудь заглянет, она тут же притворяется спящей. Тут Санджей с Джимми заходили, так она даже глаз не открыла. Может, хоть с вами поговорит – я из нее ни слова не вытянула.
Питеру казалось, что Сара с Алишей в другой комнате: их разговор он едва слышал. Медленно, как в трансе, он приблизился к койке. Девочка опасливо смотрела на него поверх колен, пряча глаза за длинными спутанными прядями. Больше всего она напоминала загнанного в угол зверька. Питер сел на краешек кровати.
– Питер, – окликнула Сара. – Что… что ты делаешь?
– Ты ведь следом за мной пришла, верно?
«Да, – чуть заметно кивнула девочка, – следом за тобой».
– Она спасла меня, – объяснил Питер, перехватив вопросительный взгляд Сары, – защитила в молле, когда вирусоносители напали. – Он повернулся к Приблудшей. – Так ведь? Ты защитила меня? Ты их прогнала?
«Да, прогнала».
– Так ты ее знаешь? – удивилась Сара.
Питер замялся, вспоминая, как именно все случилось.
– Мы прятались под каруселью. Пикировщики забрали Тео и охотились за мной. Я думал, все, конец, и тут она… легла на меня.
– Легла… на тебя?
– Ну да, – кивнул Питер. – На спину, как щитом прикрыла. Понимаю, звучит странно, но получилось именно так. Когда вирусоносители ушли, она коридором провела меня к лестнице, по которой я поднялся на крышу, где меня увидели Калеб и Лиш.
Сара потрясенно молчала.
– Говорю же, странно все это.
– Почему ты никому не рассказал?
– Не знаю, – покачал головой Питер: вразумительных оправданий не нашлось. – Сперва думал, что мне почудилось, поэтому и молчал, а потом с каждым днем заговорить об этом было все труднее и труднее.
– А если до Санджея дойдет?
Девочка уперлась подбородком в колени и изучала Питера, ощупывала проницательным взглядом. Судорожными движениями она по-прежнему напоминала зверька, но за несколько минут страха в ней заметно поубавилось.
– Не дойдет, – покачал головой Питер.
Тут с порога послышался взволнованный голос:
– Боже милостивый, так это правда!
У шторки стоял Майкл.
– Штепсель, как ты сюда просочился? – зашипела Алиша. – Да еще и разорался тут!
– Так же, как и вы с Питером. Я следил за вами в том проулке! – Не сводя глаз с девочки, Майкл опасливо приблизился к койке. В правом кулаке он что-то прятал. – Кто она?
– Приблудшая, – ответила Сара. – Больше мы пока ничего не знаем.
Судя по непроницаемому выражению лица, Майкл погрузился в себя. Он о чем-то размышлял, что-то просчитывал, а потом вдруг вспомнил про предмет, который сжимал в ладони.
– Вот чума, Элтон прав!
– Майкл, о чем ты?
