Со второго берега быстро заметили повышенную активность врага и, к тому времени когда плоты отчалили, они уже были готовы к бою. Когда процессия была на середине реки, то со стороны вражеской армии в воздух взмыли стрелы, летящие в такую легкую мишень, как медленно плывущие плоты на середине реки. Такая картина, казалось бы, должна была озадачить даже самого смелого орка, никогда ранее не видавшего ни стрел ни лука, однако Ур'Гаш, ни капли не сомневаясь, принял стойку и, когда стрелы были уже близко, он ударил. Невидимая волна, сотрясая воздух, смела часть стрел в стороны от плотов, другая же часть упала гораздо раньше, так и не долетев до своей цели. Плот под ним, от такого издевательства, предательски затрещал и покачнулся, однако все же выстоял и продолжил свой путь к берегу.
Атака стрелами повторилась еще дважды, но все также была отражена мощными ударами Вождя. Лишь один из воинов умудрился поймать стрелу в колено и свалиться за борт, после чего он постепенно ушел на дно из-за тяжести брони и ранения. Остальные же добрались без единой царапины и высадились на берег, где сразу же завязался бой против объединенного войска. Плоты же начали оттягивать с того берега веревками.
Начавшееся сражение было похоже на избиение, но избивали отнюдь не воинов племени Острого Клыка — это они избивали всех. Оно и не удивительно, ведь вместе с Ур'Гашем через реку переплыли лучшие его воины, освоившие Силу и не знающие пощады к врагу. Так продолжалось до тех пор, пока враги, услышав звук сигнального рога, не разошлись в стороны, пропуская к месту сражения орков с уже знакомыми рисунками на теле. Их было лишь немногим меньше, чем нападающих, каждый из них вышел на боле брани не прикрывая торс хоть какой-либо защитой и не неся с собой оружия. Все они демонстративно остановились напротив Ур'Гаша и его воинов.
Вождь молча направился в сторону противника, перехватив по удобнее свою окованную железом дубину — слова были излишни, ведь орки не ведут разговоров на поле боя — они дерутся, а поговорить можно и потом, если останется с кем. Следом за ним пошла половина его воинов, остальные же остались держать берег реки от нападок вражеского войска, без особых трудностей справляясь со своей задачей.
И вот, когда невидимая черта была пересечена, Ур'Гаш ударил. Ударил тем же ударом, которым победил на ритуальном поединке, и которым сбивал стрелы во время переправы. Он тренировал этот удар многие годы, и тут ни разу не подводил его, до сегодняшнего дня. Противников сдвинуло с места всего на полшага, в то время как воинов за ними смело в одну кучу. Однако неудача не огорчила Вождя, ведь он впервые за долгое время встретил достойных соперников, которых можно будет потом принести в жертву духам, в живом или мертвом виде.
Вскоре битва закипела с чудовищной силой — воины Ур'Гаша, как и он сам, яростно сражались не жалея сил, круг вокруг них становился все больше, так как большую часть отбрасывало назад от ударов элиты племени Острого Клыка, другие, смотря на участь своих союзников, решили отойти на безопасное расстояние и сосредоточится на прибывающем подкреплении с той стороны реки, среди которого не было столь сильных воинов. Потери были с обоих сторон примерно в равных количествах, из-за чего в разы возрастала цена ошибки. Вот один из воинов со всей Силы рубанул секирой по своему противнику, однако тот, вместо того чтобы уворачиваться, попросту ударил её раскрытой ладонью в бок, тем самым сместив линию удара в землю без вреда для себя. Затем, пользуясь заминкой оппонента из-за застрявшего в земле оружия, он, одним точечным ударом вытянутыми пальцами четко в глазницу, пробил голову врага насквозь, однако тут был разрублен пополам вторым противником, пришедшим на помощь своему соплеменнику.
Но самая напряженная битва, безусловно, шла между Вождем Острых Клыков и вождем татуированных, ведь последний, ни разу ни колеблясь, останавливал усиленные удары дубины одной лишь рукой. Однако для этого он каждый раз во время подобного маневра был вынужден полностью замирать на месте, что не позволяло ему атаковать своего противника. Ур'Гаш же, как не чередовал изученные приемы и атаки дубиной, все никак не мог достать до оппонента, что невероятно его бесило. Так продолжалось до тех пор, пока он, окончательно озверев, не отпустил свое оружие во время удара и не схватил врага за ту саму руку, которая много раз принимала на себя удары.
Не успев обрадоваться такому успеху, Ур'Гаш всего через мгновение оказался в воздухе, а после ударился спиной о землю. Последнее, что он увидел в этой жизни — пальцы рук своего врага, на большой скорости приближающиеся прямо к глазу…
