— За тебя… — сказал Арефей, да голос подвёл, осип вдруг. Он откашлялся спешно и громко повторил: — Да! За тебя!
Дарилина вдруг подошла поближе, личико своё к нему приблизила. У Арефея внутри всё затряслось, губы сами невольно вытянулись.
— А я ведь вижу, как ты в школе на меня смотришь, — тихо сказала она.
Арефей уж думал, что краснеть ему дальше некуда, да теперь казалось, что от лица жаром пышет, как от мотора сборщика.
— Приходи сегодня, как стемнеет, за дом бабки Крафы. — шепнула Дарилина. — Я там тебя ждать буду.
Арефей аж задыхаться начал.
— Приду! — выпалил он. — Обязательно! Слышишь? Обязательно приду!
Дарилина улыбнулась, отчего невыносимо красивой сделалась. Потянулась губами к нему. Арефей понял, что вот-вот в обморок упадёт. Закрыл глаза, губы трубочкой вытянул. Да как вдруг получил щелбан. Дарилина захохотала игриво и в деревню побежала.
— Приду! — крикнул Арефей ей вслед. — Слышишь?! Приду!
***
— Хватит, — вяло проговорил Антир, когда они подошли к землянке. — Поучились сегодня уже.
— А мы не буквы учить будем, — сказал Арефей, бодро перескакивая с одной ноги на другую.
А чего тогда?
— Драться будем учиться!
— Да ну его, Арефей. Не охота ничего. Как про завтра подумаю…
Арефей быстро, но вполсилы пробил Антиру в бок. Тот охнул от неожиданности.
— А ты не думай! Давай, как вчера учил. Правой, левой, ушёл!
Антир вздохнул. Нехотя принял боевую стойку. Махнул правой по выставленной руке Арефея, махнул левой. И тут же получил по лицу стремительным Арефеевым кулаком. Антир рухнул на землю.
— Ух, ё! — выкрикнул Арефей да как давай хохотать.
Антир поднялся, потерянно хлопая глазами. Тряхнул головой.
— Сдурел совсем? — накинулся он на Арефея.
— Извиняй, — только и сказал Арефей, при этом не переставал хохотать.
Антир сплюнул кровью, ладонью обтёр губы, скривился.
— Чего смешного-то?!
— А чего злишься-то? Сам жеж от удара не ушёл.
— Да потому что я тебе, дурню, сказал, что не охота мне сегодня!
Арефей помолчал секунду, а потом пуще прежнего расхохотался.
— Вот это губищи у тебя теперь.
— Да ну тебя!
Антир развернулся и быстро зашагал прочь. Игнар посмотрел на Арефея исподлобья строго да за братом пошёл.
— Да стойте вы! — крикнул им вслед Арефей.
Братья даже не обернулись.
— А и ладно!
Арефей махнул рукой и тут же принялся бегать от дерева к дереву. Потом стал валуны тягать. Потом по дереву кулаками стучал, пока в кровь их не сбил. И всё на небо поглядывал, ждал, когда стемнеет.
Но, как на зло, всё не темнело. Арефей уж было хотел присесть, отдохнуть немного. Да только не мог даже стоять на месте, всё хотелось ему нестись куда-то, что-то делать. В мыслях он то и дело бегал за дом полуглухой бабки Крафы. За домом её стояли отсеки сеновала. Днём туда мужики на погрузчиках складывали тюки сена, собранного с полей. А ночью…
У Арефея внизу живота сводило от мыслей о том, чем на сеновале по ночам занимается вся деревенская молодёжь. И вот сегодня он станет одним из них, да ещё и с Дарилиной, самой красивой девкой в школе! Интересно, а её туда уже кто-нибудь водил? Уж больно запросто она его туда позвала. Арефей отогнал эти мысли, принялся так сильно по дереву лупить, что от него ветка оторвалась да прямо по темени его шарахнула.
— Ах, ты! — со смехом протянул Арефей, потирая ушибленную голову. — Экое драчливое!
И продолжил дерево лупить.
Наконец, стемнело.
Арефей, так ждавший темноты, вдруг почуял, что у него ноги трясутся да живот совсем уж сводить стало.
— Чего это? — злясь на самого себя, вслух сказал он. — Трушу, чтоль? Нечего тут трусить. Тоже мне, великое дело! А я, может, теперь туда каждую ночь ходить буду.
Сказал так, да самому понравилось как звучит. Ноги трястись перестали. Живот унялся, разве что в самом низу что-то чуть осталось, но то было даже приятно.
Он и не запомнил, как дошёл до дома бабки Крафы, весь в мыслях своих был. Опомнился, только когда на холмик небольшой влез да чуть с него не навернулся. Перед ним весь сеновал открылся, все его отсеки, укрытые от непогоды металлическими крышами да хлипкими стенами огороженные.
Арефей вдохнул глубоко, попытался взволнованное сердце унять, выдохнул протяжно. И зашагал к ближайшему отсеку, пока снова живот не скрутило.
В отсеке кто-то был. Арефей услышал шорохи да возню какую-то. Он прошёлся меж рядов сложенных соломенных тюков. Заглядывая в закутки, он тихонько кликал Дарилину. Никто ему не отвечал. Только шорохи всё громче становились, да стук неясный добавился. Понял Арефей, что стукают совсем рядом, в ближайшем закутке. Тихонько подошёл, заглянул. Да запоздало понял, что за стук это был, когда увидал голого парня да девку под ним. Парень проворно двигался, девка громко дышала. Арефей припустил оттуда, а самого так раззадорило, что невыносимо стало.
В следующем отсеке он ведро воды нашёл и сразу же плеснул себе на пышащее жаром лицо. Больше в отсеке он никого не нашёл. Позвал пару раз Дарилину для верности и пошёл дальше.
