— Ты это… — беспокойно начал Арефей. — Не надо только грустить, ладно? Ты прости, опять я на больное надавил.
— Нет, всё нормально. Я… — Игнар тяжело вздохнул. — Я вообще… Всё нормально… Всё…
— Слушай, а ты книгу ту по магии перечитывал? Ты ж хотел, вроде.
— Я… Я хотел, да! И… Я читал… А потом… Не читал я пока… Не перечитывал… Другое читал…
— А что другое читал? Расскажи, а?
— Книжку… госпожа учитель в прошлый раз дала новые опять.
— И про что там?
Игнар резко отвернулся. Арефей заметил, что он быстро утёр слёзы, потом вздохнул глубоко несколько раз.
— Я тебе потом расскажу, ладно?
Арефей не ответил. Они как раз подошли к сиротскому дому. Поднялись на крыльцо, вошли внутрь.
— Устал я чего-то сегодня, — сказал Игнар. — Спать пойду.
Арефей только кивнул ему да по плечу хлопнул. Игнар выдавил вымученную улыбку и скорее зашагал по коридору к комнате, где его капсула была. Арефей же принялся бродить бестолково из комнаты в комнату. Зашёл в одну, в другую, глядел на тех, кто там сидел да своими делами занимался, но ни с кем даже поговорить не захотелось. В ещё одной комнате четверо мальцов уселись на полу возле стены и мелкими камнями в «отскок» играли. Арефей устроился на стуле возле них и стал наблюдать. Долго молча смотрел, да не выдержал и принялся советы давать.
— Эй, рыжий, ну ты чего камень-то не подкручиваешь? Он ж у тебя из-за этого падает близко всегда.
Рыжий малец глянул недовольно на Арефея, шмыгнул носом, но не сказал ничего.
— А ты, кудрявый, — продолжал Арефей, — зачем жульничаешь?
— Где я жульничаю?! — пискляво возмутился кудрявый.
— А пальцем свой камень всё двигаешь. Думаешь, не видно, чтоль?
— Ничего я не двигаю. И вообще не мешай играть!
— Ты поори на старших ещё! Сейчас как надаю под задницу тебе!
— Ну правда, не мешай играть, а? — прогнусавил ещё один малец.
Арефей посмотрел на него со злобой. Но потом лишь вздохнул, махнул на них рукой да вышел из комнаты. И снова принялся туда-сюда бродить, громко дверьми хлопая. По нескольку раз везде побывал, остальные сироты уж коситься на него стали.
Когда он в очередной раз зашёл в комнату, где мальцы в отскок играли, то увидел там Влаила. Тот навис над мальцами да поучал:
— Подкручивать камень надо, чего не поймёшь никак?
— Да отстань от меня! — прогнусел рыжий малец.
— Давай покажу, как надо.
— Да не мешай играть!
Арефей подошёл поближе к Влаилу, похлопал его по спине.
— Слышь, Влаил, говорят же тебе, чтоб не мешал играть.
— А тебе-то чего? — Влаил морду скривил, будто что-то сильно вонючее унюхал.
Арефей вместо этого отвесил Влаилу подзатыльник. У того аж зубы клацнули.
— Дурной совсем?! — взревел Влаил потирая затылок.
— Пойди-ка займись чем. И не мешай мальцам играть, — спокойно сказал Арефей.
Влаил буркнул что-то недоброе себе под нос и скорее из комнаты ушёл.
— Спасибо, Арефей! — кудрявый широко улыбнулся, показав редкие зубы.
— Играйте. — Арефей улыбнулся в ответ.
***
За окном темнело, в доме становилось всё тише. Хлопали дверцы капсул, сироты всё больше зевали, чем разговаривали. Арефею показалось, что он тоже спать хочет уже. Встал, зевнул во весь рот, аж челюсть хрустнула. Пока в капсулу залезал, ещё раз зевнул. Улёгся на спину, прислушался к последним шагам и голосам, встретил ночную тишину. Уже и задремал сам.
Как вдруг шаги в коридоре услышал. Да поначалу и значения им не придал, тихие они были, аккуратные. Только вот поверх них всхлип раздался уж больно знакомый.
— Игнар, — шепнул Арефей, тут же из сна вырвавшись.
Игнар прошёл через коридор, дошёл до входной двери, скрипнули её петли.
Арефей спешно из капсулы вылез, шумно на пол спрыгнул, кое-как комбинезон натянул. Коридор он в две секунды пробежал. Распахнул дверь, на ходу соображая, где и как сначала Игнара искать. Но не пришлось.
Игнар сидел на крыльце, уткнулся лицом в руки, сложенные на коленях, и чуть подрагивал, едва слышно всхлипывая.
Арефей вздохнул. Оглянулся на входную дверь. Потом подошёл к Игнару, сел рядом. Тот даже не посмотрел, кто это к нему подсел. И так понял, наверное. Арефей даже не пытался ничего сказать. Просто сидел рядом и смотрел в темноту улицы. До тех пор, пока рассветать не начало.
Арефей и не понял, то ли спал он всё это время с открытыми глазами, то ли действительно ночь быстро пролетела под тихие всхлипывания Игнара. Да только будто совсем скоро небо окрасилось ярко-зелёной зарёй, заблестела роса на траве, защебетали птицы. Ещё чуть времени прошло и послышались стуки и топот из сиротского дома, заговорили сонные голоса, зазвенела посуда.
Игнар поднял распухшее от рыданий лицо, вздохнул глубоко, утёр слёзы.
— Я спать, — обессилено проговорил он и поплёлся неровным шагом в дом.
Арефей остался один. Сидел, чуть ёжась от прохладного ветра, глядел на просыпающуюся деревню. Увидел лохматых мужиков, на ходу застёгивающих грязные комбинезоны. Отрешённые их лица на Арефея тоску нагоняли. Да не сами лица, а будто бы почувствовал он то же, что и мужики сейчас. Ясно представилось, как он среди них вот так же идёт в поля и точно знает, что вернётся только глубоко вечером, не чувствуя ни рук, ни ног от усталости.
