— Я чего слежу, что ли, за ней? — пробурчала она. — Далась она мне… и вам всем, Дарилина эта.
— Да мне с ней поговорить прям очень надо.
— Так иди и говори. Я вот с ней вообще говорить не хочу, с Дарилиной твоей. Грубиянка и злюка она!
Арефей вдруг улыбнулся уголком рта, прищурился хитро.
— Да она тебе завидует просто, — сказал он.
Девка в лице переменилась. Красный румянец с щёк ушёл.
— Чего? — недоверчиво протянула она.
— Ну ты вон какая… фигуристая. Есть за что схватить. А Дарилинка тощая. Вот и завидует.
Девка спину выпрямила, грудь её внушительная вперёд выпятилась. Арефей аж сглотнул больно шумно.
— Правда, что ли? А чего ж ты сам тогда к ней прибежал. Да сам же и по углам её тискал. Я ж всё знаю, Арефей. И вся деревня про вас с Дарилинкой знает.
— Так уж знаешь сколько не тискаю-то? Вот и пришёл ей сказать, что всё, конец.
Девка замолчала. Медленно губы у ней в улыбке растянулись.
— Другую теперь ищешь, поди? — сказала она да таким взглядом на Арефея посмотрела, что у того опять во рту пересохло.
— Ищу, ага, — сипло ответил он. — Ты это, помоги мне её найти, а? Я с ней быстро поговорю и…
— А потом ко мне вернёшься?
— Я?! Ага! А как же!
— Жди здесь, не высовывайся.
Девка куда-то ушла. Арефей выдохнул протяжно, вытирая взмокший лоб. Вернулась она скоро.
— Так, руководительниц я отвлекла, — быстро заговорила девка, — Дарилинка вон там через два пролёта. Беги, пока нет никого.
— Ага! Спасибо! — Арефей, не успев договорить, понёсся туда, куда она ему указала.
Дарилину он приметил издалека, хотел было подбежать сзади, обнять сразу. Но всё ж остановился в последний момент и бодро сказал:
— Ну, здравствуй, Дарилин!
Дарилина медленно повернула к нему печальное лицо, окинула быстрым взглядом да обратно отвернулась.
— Здравствуй, — сухо сказала она. — Чего пришёл?
Арефей подошёл ближе, положил руки ей на плечи.
— Ну не сердись ты на меня. Дурень я, сама знаешь, какой дурень. Обидел тебя ни за что. Виноватый весь теперь.
Дарилина снова к нему лицо чуть повернула, Арефей заметил, как губы её лёгкая улыбка тронула.
— Ладно, — сказала она. — Пошли наружу быстрее, а то кто-нибудь из руководительниц увидит.
Дарилина схватила Арефея за руку, потащила за собой. Тот охотно за ней подался.
Они выбежали из хлева. Арефей полной грудью вдохнул свежий воздух. Улыбнулся чуть проглянувшему через тучи солнцу. Через пару минут они уже взбирались на небольшой холм за полями. Оказавшись на вершине, Дарилина уселась на землю, задумчиво глядя вдаль. Арефей сел совсем близко к ней. Положил руку ей на колено. Дарилина накрыла его руку своей ладонью. И аккуратно со своего колена убрала. Вздохнула тяжело.
— Ну ты чего всё грустишь-то? — недовольно проговорил Арефей.
Дарилина низко склонила голову.
— Представь себе, Петтрий сказал, что больше видеть меня не желает и что могу я даже не мечтать, что попаду в знатную семью.
— Чего?! — прокричал Арефей. — Так ты… из-за этого грустишь теперь?
Дарилина кивнула, смахнула выкатившуюся слезу.
— Да ты!.. — задыхаясь от возмущения продолжал кричать Арефей. — Да как так?! Да ну это же!.. Ты из-за Петтрия!..
— Да вот и я не знаю даже чего говорить и чего думать! — сквозь плач сказала Дарилина. — Ты понимаешь, Арефей, что он меня выкинул просто?! Вижу, что понимаешь, вон какой красный от злости стал!
Дарилина громко разрыдалась, уткнулась Арефею в плечо. Тот встрепенулся.
— Да как ты вообще!.. А ну уйди!
Он оттолкнул Дарилину. Та резко отстранилась, вперилась в него испуганным взглядом.
— Я это… пойду я…
Она всхлипнула, вытерла быстро слёзы, вскочила.
— Постой! — крикнул Арефей, выдохнул протяжно и повторил уже тихо: — Постой.
Дарилина стояла. С опаской глядела, будто ждала, что Арефей сейчас на неё набросится да бить будет.
— Я чего сказать-то хотел. Я сказать хотел, что не надо тебе так из-за Петтрия убиваться. Не стоит он того. Ну, не получилось со знатной семьёй, чего ж теперь? Мне её тоже не видать. И родители твои тоже у знати не служили, всю жизнь в деревне живут, а вон какую тебя вырастили.
Арефей выдавил улыбку. А Дарилина как вдруг бросилась ему на шею, звонко в щёку чмокнула.
— Знала я! — закричала она прямо ему в ухо. — Знала, что ты мужик настоящий! Спасибо, Арефеюшка! Прямо легче стало!
Арефей ещё одну улыбку выдавил.
— Ты мне друг настоящий! — продолжала Дарилина. — Давай вот так с тобой разговаривать теперь, если кто из нас загрустит, а?
— Да, — тихо сказал Арефей. — Конечно. Друг же.
Дарлина снова чмокнула его в щёку и быстро к хлеву побежала.
Арефей глядел ей в след. Прижал руку к влажному следу, от её поцелуя оставшемуся. И как только скрылась Дарилина из виду, он этот след тут же стёр. Упал на колени да как принялся с диким рёвом по земле кулаками лупить, потом траву вырывать и швырять её во все стороны. Сбил костяшки, порезал ладони, а всё никак уняться не мог. И из глаз его слёзы текли.
