Эрнардер своими действиями доказал, что умеют…
— Что ты с ним сделал? Ты говорил, он станет мутантом.
Диего хорошо закрылся. Никто не мог понять, что у него на душе. Внешне он был спокоен, и даже меланхоличен.
— Он и есть мутант.
— Неправда, — возмутилась Лори.
«Корхас» легко поглощал миллионы километров, ныряя из одного портала в другой. Сейчас на его борту находились важные пассажиры. Сам Владыка сопровождал землян домой. Он сдержал слово — вернул Диего свободу. Лори же выполнила свою миссию. Потребовалось немало усилий с её стороны, чтобы очистить воду. Теперь Исток забил с прежней силой, а Священное Озеро вновь стало самым многоводным. Дроудор в последнее время стал похож на разворошённый муравейник. Межрасовый Совет прислал комиссию, которая проверяла все кланы на наличие насильно завербованных. Лори не интересовалась внутренними делами дроудорийцев, но была удивлена, что правитель в такое сложное время оставил свой народ. Правда, не настолько удивлена, чтобы любопытствовать и расспрашивать. От Владыки исходила мощь, которую землянка чувствовала даже через блок. От этого существа интуитивно хотелось держаться подальше…
— Что значит неправда? — ехидничал Диего. — Кому это знать, как не мне? Я в него вкачал твою кровь. Дроудориец с набором вирусов с Земли — это ли не мутант?
— Он абсолютно нормальный, — не согласилась Лори.
— В этом ты вчера ночью убедилась? — с пошловатой ухмылкой, поинтересовался Диего.
Лори, одарив его пренебрежительным взглядом, не сочла нужным комментировать это высказывание.
— Так что ты с ним сделал? — требовательно повторила она вопрос.
Диего рассказал. Опустив термины про ДНК-геном, репликации, капсид, описал свои действия. Если Лори общалась со стихией и могла определённым образом воздействовать на неё, то Диего проделывал то же самое с микробами. Поскольку замерший в стазисе дроудориец умирал, он рискнул и поставил на нём эксперимент, идея которого возникла ещё пару лет назад. Чтобы иметь больше шансов на успех, вирусолог использовал не свою кровь, а кровь Лори, с которой у его пациента наблюдалась очень сильная энергетическая связь. Как он и ожидал, в пробе женщины обнаружился герпес, а также токсоплазмоз — одни из наиболее распространённых на Земле. В жидкую плазму с нейтральной составляющей Диего ввёл клетку токсоплазмоза, предварительно укоротив её цепочку ДНК. Проведя биопсию, поместил забранные ткани в созданную среду. Опыт показал хорошие результаты — вирус, довольно миролюбивый по отношению к клеткам с родственной энергетикой, агрессивно атаковал инородные примеси, полностью уничтожив их. Не удовлетворившись этим, Диего провёл ещё несколько экспериментов. Результаты были обнадёживающими. Но не было уверенности, что покончив с чужеродными клетками, вирус не примется за остальные. Устало потерев глаза, парень с Земли набрал в шприц плазму и ввёл своему подопытному прямо в рану.
— Ну, брат, тебе предстоят не самые лучшие часы твоей жизни, — пробормотал он и отключил стазис.
Ему и самому нелегко пришлось. Погрузившись в мир мельчайших частиц, он двигался по венам, нервам, капиллярам. Вновь зажившее в прежнем ритме тело дроудорийца сопротивлялось чужому нашествию. Диего приходилось налаживать новые связи, усиливая или ослабляя прежние. Он укоренял новую составляющую в былой среде, убеждая, что так оно и было. Организм умирающего упорствовал, стремясь сохранить свою неприкосновенность, пусть даже ценою жизни. Но Диего оказался упрямее. Он непреклонно прошёлся по всему телу, навязывая ему новое мироустройство. Он добился своего. Организм смирился и принял. А когда вирус уничтожил последнего конкурента на своей новоявленной территории, наступил мир.
— Теперь ты для него безопасна.
— Поразительно! — восхитилась Лори.
— Это обо мне, — самодовольно хмыкнул Диего.
Но его игривость сразу улетучилась, когда он увидел неизвестно как очутившегося рядом Владыку.
— Согласен с этим определением, — сказал Меормор. — Поразительно.
Диего закинув голову, угрюмо воззрился на дроудорийского правителя. Лори уже привыкла к таким перепадам в настроении своего соотечественника.
— Даже не мечтайте, — грубо посоветовал Диего Меормору, который навис над ними двумя с половинами метрами своего роста. — Я не буду для вас опыты ставить. Не заставите.
— Ну, конечно, мы не будем заставлять, — спокойно кивнул Владыка.
— Пойдём, Лори, — сказал Диего и поспешил выйти.
Ему казалось, что губы Меормора вот-вот растянутся в лукавой усмешке, хотя громадная фигура Владыки сохраняла невозмутимость.
— Ненавижу дроудорийцев, видеть их не могу, — признался Диего, когда они оказались на безопасном, в их представлении, расстоянии.
— Да нее… Эти просто лапочки по сравнению с эльтанарфами, — не согласилась Лори. — Вот с этими хладнокровными ублюдками я бы точно не хотела больше встречаться. У змеи и то больше теплоты и сострадания.
— Как они тебя… — по-своему посочувствовал Диего.
