— А что мне еще остаётся делать? — взбесился он. — Я спать не могу, я есть не могу. Куда бы ни шел, что ни делал перед глазами она. Еще немного и я сойду с ума.
— Ты это серьезно? — удивленно округлила глаза Стеф. — И у Богдана также?
— Нет у него не так. Он не чистокровный, у него все по-другому. Но от этого ему не легче. Вы сумели привязать нас к себе, — горько усмехнулся он.
— Может вам уехать? — тихо спросила Стеф, сама не веря в то, что это решит проблему.
— А я не пробовал? — печально произнес Алекс. — Я и в обсерваторию из-за этого рванул. И что? Что бы ни делал, куда бы ни шел, она рядом. Везде она. Ничего не могу с собой поделать.
— Да, дела, — покачала головой Стеф. — Я — то тебя позвала, чтобы сказать, что нам надо прекращать эти встречи.
— Прекращать? — испуганно произнес он. — Это невозможно. Ты что хочешь, чтобы мы умерли?
- Ой, не драматизируй, — махнула она рукой.- Вы сильные ребята, переживёте.
— Ты что обалдела, — Алекс вскочил со своего места, но тут же сел обратно. — Я же тебе говорил, что это на всю жизнь. В наших книгах есть истории, когда волки кончали жизнь самоубийством от тоски и безысходности. Ты этого хочешь?
— Нет, я этого не хочу, — жестко ответила она. — Но я в ответе за эту девочку, и нам обеим не поздоровиться, если вся эта история выплывет наружу.
— И пусть выплывет. Наши с вашими договорятся. Договорились же они насчет Тони и Ренаты.
— Ты многого не знаешь, — печально проговорила она. — Все не так просто. И тяжело вздохнув, подумала: «А вот на счет меня никогда не договорятся».
— Ты пойми, — Алекс выглядел потерянно, — я завяз по самые уши. Моя жизнь навсегда связана с Николь, а Богдана — с твоей.
Стеф ничего не ответила, и, опустив глаза, нервно сжимала руки. Она понимала всю серьезность последствий этих отношений, но реакция старейшин страшила её ещё больше.
— Всё понятно, — она задумчиво смотрела вдаль. — Давай, ты пока будешь подальше от Николь. Не надо настраивать её на романтические отношения. Она еще очень молода, не усложняй ей жизнь.
— А как же я? Что делать мне? — Алекс выглядел потерянным.
— Уехать, и учится жить без нее. Все Алекс, давай закончим этот разговор. И пожалуйста, уходи. Не надо, чтобы Николь тебя здесь встретила. Я сама ей все объясню. Скажу, что тебя срочно вызвали в обсерваторию. И Богдану скажи, что не надо с нами больше встречаться.
Алекс молча смотрел на нее, а потом, горько усмехнувшись, произнес:
— Вот я поражаюсь, как ты все решаешь за других. В прошлый раз за нас все решила, в этот раз за Николь и Богдана. А если мы не подчинимся?
— Тогда нам придется перевестись в другой университет, в другую страну.
— На другую планету?
Она с удивлением посмотрела на него.
— Потому что только на другой планете я не буду её искать. И если будет надо я пойду к вашим.
— Ты что совсем? — испугалась Стеф. — Ты что бессмертный? У тебя есть дополнительные жизни? Но тут же добавила:- Да тебя даже на порог не пустят.
— А мы посмотрим, пустят или нет.
Он поднялся и пошел к выходу. Стеф в ужасе смотрела ему в след.
«Вот это катастрофа! Нужно срочно рассказать обо всем Ренате. Только не по телефону. Надо ехать или лучше бежать, за ночь обернусь».
Она дождалась прихода Николь и объяснила ей отсутствие Алекса необходимостью отъезда. Та попыталась скрыть свое разочарование, но ей это не удалось.
«Я знаю этот взгляд, — Стеф в отчаянье смотрела на нее. — Этого нам ещё не хватало».
В эту ночь Николь долго не могла сомкнуть глаз, вновь и вновь возвращаясь к событиям в парке. Воспоминания будоражили её воображение, и она вся была во власти невиданных ранее ощущений. Перед глазами возникали картинки их с Алексом встречи, и каждый раз она испытывала внутри такое волнение, что съёживалась и закрывала глаза. А вспоминая сильные руки Алекса, их тепло, она мечтала снова оказаться в его объятиях.
Прошло немало времени, прежде чем её сморил сон. Когда Стеф заглянула в её комнату, на лице Николь была такая блаженная улыбка, что она даже не стала делать дополнительную настройку. Тихонько притворив дверь, она направилась к выходу. Ей предстоял неблизкий путь, но возможности Стеф позволяли ей до максимума сократить время своего путешествия.
— Рената, нам нужно поговорить, — Стеф старалась говорить спокойно, чтобы голос не выдавал волнения. Она была не совсем уверена в том, что Рената поможет найти выход из создавшейся ситуации, но поставить в известность родителей своей подопечной была обязана. — Я скоро буду у тебя.
— Будешь? — удивилась Рената. — Да что у вас там происходит? Что-то с Николь?
— Успокойся, с Николь всё хорошо. Это не телефонный разговор.
— Хорошо, я жду тебя.
Положив телефон в карман, Стеф закинула сумку — рюкзак за плечи и заглянула в комнату Николь. Та мирно посапывала, подложив ладошку под щеку. У неё был такой умилённый вид, что Стеф невольно улыбнулась. Притворив дверь в её комнату, она направилась к выходу. Через час она уже открывала дверь в сад Ренаты.
- Что с Николь? — сразу же спросила та, едва Стеф появилась на дорожке.
— С ней всё в порядке.
